Я оглядываюсь и вижу, как мужчина с кровавым следом от укуса на руке падает на землю, зажимая лицо искалеченной рукой. Остальная толпа подбадривает Элайджу, не понимая, что происходит на самом деле. Он поворачивается ко мне и кладет руку мне на плечо. Я замечаю, что он постоянно всматривается в толпу, словно пытаясь кого-то найти.
— Нам пора уходить.
Я не возражаю, и Элайджа осторожно, но неистово выталкивает меня из здания к своему «Корвету». Я сажусь, забыв о маминой машине, и мы улетаем в сторону дома.
Добравшись до дома, Элайджа выключает фары и паркуется у подъездной дорожки, чтобы нас не было видно из окон.
— Подожди! — тихо зову я, когда он выходит из машины и направляется к входной двери. — Они не знают, что я ушла. Мы не можем пройти через парадную дверь.
— Как тогда ты вышла?
Я стыдливо смотрю на балкон. Элайджа прослеживает глазами за моим взглядом.
— Ты прыгнула с третьего этажа?
— Наполовину спрыгнула, наполовину спустилась.
Пять минут спустя мы забираемся на балкон и оказываемся в моей комнате. Я не знаю, как Элайджа справился с такими серьезными травмами. Наверное, под действием адреналина человек способен на многое. Очутившись внутри комнаты, Элайджа начинает вышагивать, поглаживая руками потное, грязное, окровавленное лицо. Я вижу, что ему больно; вижу, как он несчастлив.
Первым делом я направляюсь в ванную комнату за аптечкой. Без слов я подхожу к нему и начинаю промывать раны, хотя и чувствую его гнев. Неуютная тишина между нами наэлектризована эмоциями. Элайджа садится на кровать и с явным напряжением позволяет мне помочь. Его растрепанный вид резко контрастирует с моими нетронутыми простынями. Когда я заканчиваю, то неловко отступаю назад, глядя не на него, а на ковровое покрытие пола. Я больше не могу выносить молчание.
— Прости.
— Я же просил тебя не приходить.
— Я не могла оставить тебя одного.
— Сколько раз я должен повторять тебе, что это небезопасно? Когда ты наконец поймешь? — кричит он. Сдерживаемый гнев вырывается наружу.
Если бы мы оказались в мультике «История игрушек», то сидящие на кровати плюшевые звери спрятались бы под одеяло от его возмущенного тона. Я благодарна, что мы находимся на третьем этаже, а домашний кинотеатр с системой объемного звука не дает родителям нас услышать.
— Ты не можешь держать меня в неведении, Элайджа. Хорошо, что я там оказалась! Ты мог серьезно пострадать! А вдруг с тобой случилось бы что-то ужасное?
— Со мной? Ужасное? Я дерусь каждую неделю, Скарлет! Со мной ничего не случится, независимо от того, будешь ты там или нет!
— Ты не можешь этого знать. С тобой может случиться все что угодно.
— То же самое касается и тебя!
— Ради Бога, Элайджа, посмотри, что случилось с моим братом! Меня не было рядом с ним, но я могу быть рядом с тобой!
Он слегка колеблется, но все же продолжает:
— Неужели ты не понимаешь, Скарлет?
Я непонимающе сужаю глаза.
— Ты нужна банде!
— Да? А я и не догадывалась, особенно после того, как меня чуть не похитили!
— Я говорил тебе оставаться дома. Если бы ты послушалась, этого бы не случилось!
— Ты давно должен был понять, что слушаться я не люблю!
— Твое упрямство не делает лучше. Ты подвергла себя риску, а я мог не успеть помочь.
— Если бы ты сразу рассказал мне, что происходит, возможно, я бы поумерила свое любопытство и не стала бы искать ответы.
Он вскидывает руки в воздух.
— Я ничего тебе не говорил, потому что не хотел тебя волновать!
— Конечно. Всегда проще сказать, что ты не хочешь иметь со мной ничего общего.
Настроение в комнате заметно меняется. Пространство как будто сужается, а голоса становятся почти оглушительными.
— Скарлет, я так сказал, потому что знал, что если смогу оградить тебя от поединков, тогда…
— Сможешь спокойно хранить от меня секреты? Сможешь держать меня в неведении? Сможешь не отвлекаться на меня?
— Серьезно?
— Что?
— Я смог бы тебя уберечь! — кричит он с надрывом. — Я не знаю, что бы я делал, если бы с тобой что-то случилось!
Ох.
Я не знаю, что и сказать. Я вижу эмоции в его глазах, но это не меняет того факта, что мне нужны ответы.
— От чего уберечь, Элайджа? Что Алехандро тебе рассказал? Почему ты до сих пор туда ходишь?
Он не отвечает.
— Элайджа, — настаиваю я. Мой голос стал грубым от гнева и разочарования. — Я знаю, что вы с Кевином что-то скрываете. Меня слишком долго держали в неведении относительно Макса и ринга, и я наконец-то получила ответы. И как раз тогда, когда я думала, что все знаю, случилось это. Мне казалось, что ты помогаешь мне понять жизнь Макса, но ты только и делаешь, что скрываешь от меня еще больше!