— Скарлет, что…
— Не могу говорить. Кофейня, отец Элайджи, секреты! — Я бросаюсь бежать, чуть не падая, пока натягиваю правую туфлю.
— Притормози. Что случилось? — спрашивает мама.
— Я сказала ему, что знаю секреты, которые он от нас скрывает. Он попросил меня встретиться с ним в кофейне Гарольда на озере Конро.
— Подожди, ты не пойдешь одна. Твоя безопасность сейчас под угрозой, — говорит папа, делая в мою сторону несколько широких шагов.
— Мама, папа… Я должна. Элайджа собирается на поединок, чтобы попытаться спасти мою жизнь, но даже если он победит, банда все равно не остановится, пока не найдет флешку. Я не могу допустить, чтобы Элайджа дрался; я не могу допустить, чтобы его постигла та же участь, что и Макса. Возможно, отец Элайджи — единственный, кто даст нам ответы. Он поможет внести ясность. Разве вы не хотите этого?
Они не отвечают сразу, но, судя по их лицам, я понимаю, что достучалась до них. Речь идет не только обо мне и моей безопасности.
— Мы не должны тебя отпускать, — говорит мама. — Только если с нами.
— Ты сумасшедшая, если считаешь, что мы тебя отпустим одну. Мы пойдем с тобой, но ты сможешь поговорить с ним сама, — добавляет папа.
— Нам пора!
Я смотрю на озеро, наблюдая, как листья с деревьев летят вниз и падают на воду, нарушая ее гладь. В кофейне я заняла столик с видом на озеро, а мои родители уселись сзади, вне поля моего зрения, но так, чтобы они могли хорошо видеть мой столик. Колени то и дело подпрыгивают, выдавая мою нервозность, и даже кофеин особо не помогает.
Мне не очень нравится этот человек. Он заставил моего брата стать информатором, в результате чего Макс распрощался с жизнью. Он бросил Элайджу и его мать. Я понятия не имею, как все будет происходить, но я не уверена, что я смогу контролировать эмоции.
— Скарлет?
Когда я поворачиваю голову, клянусь, передо мной стоит копия Элайджи. Если раньше я не была уверена, что это его отец, то теперь сомнений не возникает. Телосложение, рост, но главным образом — глаза.
— Офицер Блэк? — спрашиваю я, ввиду отсутствия полицейской формы. На нем черные брюки и светло-голубая рубашка на пуговицах.
Но тут мой взгляд падает на значок, прикрепленный к его поясу.
— Пожалуйста, зови меня Чарльз. — Он жестом указывает на место напротив меня. Я киваю, и он садится с заметной нерешительностью. — Итак… ты все узнала. Откуда?
Я опускаю глаза на кофе в руках. Он не знает об Элайдже. Он понятия не имеет, что его сын дерется в том самом месте, от которого он, вероятно, хотел уберечь своего ребенка. Более того, я должна рассказать ему, что он упустил с момента ухода из семьи.
— От Элайджи.
Чарльз меняется в лице.
— Ты знаешь моего сына?
— Я влюблена в вашего сына, — уточняю я.
Морщины на его лбу поднимаются вместе с бровями.
— А он откуда знает? Я скрывал от него.
— Он боксер на ринге. Лучший боксер, как и Макс. Я знаю гораздо больше, чем вы, вероятно, думаете, офицер. То есть Чарльз. Но даже у меня остались вопросы.
— Лучше тебе не знать.
— Нет, не лучше. Я не знала последние несколько лет и наконец-то узнала правду о брате. Теперь не вам решать, что моя семья узнает, а что — нет.
Он сидит молча, сжимая и разжимая челюсть.
— Я понимаю, ты считаешь меня плохим человеком.
Вот уж действительно, сильное преуменьшение.
— Я отдаю отчет в том, что причастен к смерти Макса, и я знаю, что скрывал подробности от тебя и твоей семьи, но у меня были свои причины.
Во мне закипает гнев.
— Не существует причин не рассказывать семье о том, как умер их сын и брат. Еще и скрывать это. Этому нет оправдания.
Он поджимает губы и снова смотрит куда угодно, только не на меня: на стол малинового цвета, на озеро за окном, на деревянные полы.
— Макс просил меня не говорить твоей семье, Скарлет. Когда он согласился стать информатором, он умолял никому не рассказывать, что бы ни случилось. Я просто выполнял его желание.
— Почему вы не продолжили расследование? Все, за что он умер, оказалось напрасным.
— Когда он умер, вся информация, которую он собрал, умерла вместе с ним. Я был там в ночь его смерти, я искал флешку, но так и не нашел. Я понятия не имел, где она может быть, и потратил некоторое время на поиски. Но дело замяли. Скарлет, у меня не было выбора. У нас не имелось веских улик, чтобы арестовать членов банды.