- Вы командир или кто?! Как так вы не знаете, что у вас под носом делается? Что вы молчите? Вы меня слышите? Алло, Остапов, ты слышишь меня?
- Слышу, товарищ майор, - шепотом отозвался Олег.
- Что ты там шипишь? Говори погромче.
- Громче не могу, немцы услышат, - прошептал Олег.
- Черт знает что у них там творится, - сказал Судоплатов Кому-то, только не Остапову. - Боится голос подать, что-то шепчет. Окружен он, что ли?
Это последнее, что слышал Олег в телефонную трубку. Подумал: вам там хорошо задавать вопросы. А ты здесь пойди сосчитай, сколько немцев просочилось в лес и где они сейчас. Молчат. Должно, притаились за деревьями и выжидают. А чего ждут? Рассвета? Что ж, подождем и мы. Вот только надо бы связаться с третьим отделением. Разговор с Судоплатовым расстроил его.
Подошел командир первого отделения сержант Куликов и спросил:
- Что здесь у вас происходит?
- А ты почему позиции оставил? - накинулся на него Олег вместо ответа.
Тот даже опешил: такой тон не в характере Остапова. Попробовал объяснить:
- Так я ж один. Отделение на позиции осталось.
- А кто тебе разрешил одному ходить, когда кругом немцы? - все так же прошипел Олег. Затем, немного успокоившись и устыдившись своего тона, ввел Куликова в курс событий. - А теперь бегом в отделение и занимай круговую. За тылом смотри, чтоб в спину не ударили.
- А мои бойцы Хайрулин и Зайцев - я могу их забрать?
- Не можешь. Они здесь нужны. - И повелительным жестом дал понять, что разговор окончен.
В третье отделение отправился в сопровождении все тех же четырех автоматчиков. По-прежнему сам шел впереди, хотя и знал, что это неправильно. Медленно и осторожно подходили к тому месту, где недавно лоб в лоб столкнулись с немцами. В траншее и на снегу по сторонам громоздилось что-то темное. Замерли, прислушались, всматриваясь в темноту. Послышался слабый стон. Хайрулин жестом показал на противотанковую гранату: мол, метнем для большей надежности? Олег отрицательно замотал головой. Тогда Хайрулин опять же знаком попросил разрешения пойти вперед на разведку. Олег кивнул, соглашаясь, и почему-то в эту минуту вспомнил Варю, вернее, последнее письмо ее, доставленное Иосифом Думбадзе. И необычную, несколько торжественную фразу в нем: "Да хранит тебя неугасимая любовь моя". Письмо лежало в левом кармане гимнастерки. Подумал: "Мой талисман".
Хайрулин подал сигнал, и они двинулись вперед. И все же их поразило увиденное: траншея была завалена трупами фашистов. Они свернули в сторону от траншеи и двинулись по целине в обход. Но и тут им попадались на глаза лежащие в снегу неподвижные темные фигуры. Кто-то стонал.
Едва они дошли до Хайрулина, как сзади прозвучала короткая очередь из автомата. Шедший замыкающим Зайцев вскрикнул и упал.
- Ложись! - скомандовал Олег.
И все сразу бухнулись в снег.
- Га-ды! - люто выдавил Хайрулин и метнул в темную кучу противотанковую гранату.
- Товарищ сержант, - раздался негромкий взволнованный шепот бойца, - Зайцева…
- Что Зайцева?
- Кажется, убили.
"Зайцева? Почему именно Зайцева, а не меня, не Хайрулина? - молнией просверлило мозг. - Ах да, у меня талисман, и Хайрулин был рядом со мной. А Зайцев замыкающий. Стреляли. Может, тот раненый, что стонал. Наверно, он".
В стороне третьего отделения послышался скрип шагов: похоже, кто-то бежал по траншее.
- Ниязов? - окликнул Олег наугад:
- Я, товарищ сержант, - отозвался бегущий, командир третьего отделения. - Вы стреляли?
- Фашисты, - вместо Остапова ответил Хайрулин.
- Зайцева убили, сволочи, - процедил Олег, вставая. Он вышел в траншею к Ниязову. - В спину стреляли.
- Значит, не все ушли, - заключил Ниязов.
- Куда ушли? - не понял Олег.
- Да обратно, откуда пришли, - пояснил командир третьего отделения. - Сначала они на нас сунулись. Мы им по зубам. Они - бегом по траншее, а там - вы. Видят такое дело - между двух огней, - они и повернули оглобли через завал.
- Точно? - спросил Олег. - Ты сам видел?
- А как же, мы их еще огоньком провожали до самого завала.
Два бойца принесли тело Зайцева и положили на дно траншеи. Олег взял его руку и, не нащупав пульса, прислонился ухом к груди.
- Наповал, - сказал Хайрулин.
- Завтра схороним, - сказал Олег.
Обратно возвращались кружным путем, углубившись в лес.