И уж точно знали, чего делать не следует!
Так что, моя почти одиннадцатичасовая отлучка, в принципе, так и осталась секретом.
По крайней мере, знали о ней старпом, искин и один мрзин.
Старпом будет молчать из принципа, кошак из уважения, а искину я напрочь запретил разглашать мои действия, повесив на них замок «коммерческой тайны»!
Вот, кстати и еще одно отличие от знакомого мне мира – «коммерческая тайна»!
Два слова, «взломать» которые после произнесения можно исключительно с санкции прокурора!
Да, промышленный шпионаж никто не отменял, но…
Я открыл глаза, наблюдая, как открывается крышка медкапсулы.
- Очухался? – Мита бросила в меня комбинезоном. – Скотина!
- Очухался… - Я выбрался из капсулы. – А скотина-то за что?
- А кто сказал, что Ильманлаину скоро надоест со мной возится и он займется другими?
- Ну, так он же вроде как до сих пор с тобой?! – Я слегка «завис», вспоминая, что у этой парочки, если искин не врет, а искины врать не могут априори, все хорошо.
Более того, аграф позвал Миту замуж и она вроде как даже и не против!
Или против?!
Или…
- Мита, да ты струсила! – Вырвалось у меня. – Ты собралась свалить?!
- Да пошел ты! – Полковничиха была готова броситься на меня с кулаками. – Ты же понимаешь, что я ему нахрен не нужна! Я же ему так, бабочка-однодневка! Ладно бы я хоть «привязать» его могла, но я же на это неспособна! Зачем я ему такая, а?!
- Мля-я-я-я-я-я-я… - Я сел на край капсулы и закрыл руки ладонями.
- Кай… Он правда хороший. Он – очень хороший, но слишком хороший, понимаешь?! – Мита уселась на пол прямо передо мной. – Он чуткий, но сильный. Умный, но такой наивный. Нежный. Страстный… А я?! Кто я?! Мита Инг? Любовница герцога Жиу? Полковник-юрист?! Кто я?
- Ну, в первую очередь, наверное, дура. – Я сам не ожидал, что у меня это вырвется вслух. – Но, как раз такие нам и нравятся. Мы их любим, защищаем, а потом мучаемся, либо потому что вы резко умнеете, либо потому что вы так и остаетесь дурами.
Я, со вздохом, сполз с капсулы и сел рядом с Митой.
- Ты слишком много пытаешься вытянуть, додумать, привести в идеал. – Я откинулся спиной на станину медкапсулы, чувствуя, как вот-вот предательски забурчит мой живот, требуя жратвы, много и разной. – А жизнь-то вот она. Ильманлаин сейчас десантник, а значит, что уже на следующем выходе его не станет. Кошаки за ним присмотрят, на сколько могут, но аграф, даже такой боевой, всего-навсего кусок мяса перед лицом случайностей. Расскажи ему о своих сомнениях. Но лучше – просто забей на них и будь уже, в конце-концов, счастлива!
- Кто бы говорил? – Мита, внезапно посмотрела на меня так жалкостливо, что захотелось ее и вправду прибить.
Чтобы и сама не мучилась, и аграфу мозги не выносила!
Эх, странные они, женщины, вечно мимо фактов по граблям бегут, а потом удивляются…
«МИМО ФАКТОВ!»
Я вскочил на ноги.
Точно, мимо фактов!
И я мимо фактов пробежал, а оширцы и вовсе!
Они не «рождение» засекли, а «исход» Карча!
А ждали эти годы не просто так – на неверных предпосылках ждали пока «супердитя» подрастет!
Я – ГЕНИЙ!
Теперь осталось понять, каким образом Ошир засек вспышку на таком расстоянии и как это может помочь или угрожать Минмаатару вообще и мне, в частности!
Эх, неудачно мы оширцев раздолбали…
Разочарованно выдохнув, протянул руку, предлагая своейм бывшему начальству встать с пола.
Он, конечно у нас теплый и даже со спецподложкой, но…
Подняв женщину, на совершенном автопилоте, отряхнул ей пятую точку, словно она не на теплом полу сидела, а на грязном газоне.
- Эм-м-м-м… Это что сейчас было? – Мита удивленно посмотрела на меня. – Тебе, может быть, женщину найти?
- Уйди грех. – Вздохнул я, искренне сожалея, что остался на борту один.
В принципе, если все мерять мерками Содружества, то я – полный идиот!
Ну, да – вокруг меня есть женщины и они бы и не прочь в постель ко мне запрыгнуть, как «с продолжением», так и совсем без, а я…
Ну, не могу я так…
Не по моему воспитанию…
- Все-все, я поняла! – Полковница подняла вверх руки и, пятясь задним ходом, покинула медостек.
Умница, этого не отнимешь.
Эх, надо было, надо было хоть Красивую оставить!
Забурчавший желудок напомнил, что «любовь-любовью, а кушать хочется всегда» и пришлось топать в кают-компанию, нагребать жратвы и устраиваться в уголочке, предаваясь одному из моих любимых пороков.