Жрать хотелось – неимоверно.
Но жить хотелось больше!
Помахав рукой неведомому пилоту бота, на полусогнутых рванул в рубку.
Да, в принципе, как от капитана там от меня толку не много, но вот как от человека с «вероятностями»…
Те минуты, что я бежал, поднимался и отбивался от пары ошалевших технарей, плохо соображающих, но доблестно размахивающих резаками, «Ипохондра» потеряла 17% щита и генераторы вышли с экономичного режима на режим форсированный, закукливая мой крейсер в непрошибаемую шубу.
Этот режим мы с Тьмой держали на всякий случай, а вот, поди ж ты, пригодился…
Стукнув технарей лбами и отобрав резаки, поднялся на лифте в рубку и присвистнул.
Да уж, тут тоже было кровищи…
Навигатор второй смены и пилот второй смены рядком лежали вдоль стены, рядом сидела девица из первой смены, баюкая сломанную руку, рядом потерял сознание парень из третьей смены, мой тезка, тоже Кай.
Нейроузел уже качал данные, старпом занимался боем, ну а я, помахав всем рукой, занырнул в свою капсулу и подключился к картинке.
Союзники, поняв, что я сейчас им не по зубам, повели себя совершенно нелогично – вместо того, чтобы объединится, эти… существа, сейчас отвешивали плюхи друг другу!
И, если все так и дальше пойдет, то нам-то всего-то и делов, продержаться, пока они не закончат друг с другом!
Хотя-я-я-я-я…
Аратанский «Демиург» вновь пустил в ход свою «лезку», да не просто так пустил, а еще и пошел на самоубийственный таран!
Проблема была в том, что этот таран был «двойным» - подтолкнув «Громилу», Вылх направлял его точно на меня!
Сложив два и два, и получив пять, я реально опешил – «Демиург» просто не приспособлен к таким маневрам!
Даже бортом, повреждения должны быть для аратанского крейсера критические, но он вот он, целехонек и продолжает жалить делусца своей «лезкой»!
Перекинув часть мощности с щитов на двигатели, старпом убрал «Ипохондру» с пути этого странного тандема, пронесшегося от нас так близко, что можно было рассмотреть антенны без бинокля!
Промахнувшаяся парочка снова окрысилась нас за свой промах и делусец угостил нас своим крайне эффективным для дальних дистанций, залпом.
К его большому сожалению, мы были отнюдь не на дальней дистанции, так что…
С нас сняло треть щитов и по броне забегали шустрые ремонтники, меняя сгоревшие эмиттеры и калибруя оставшиеся.
Перезарядка у этого монстра была такой же длинной, как и дистанция, так что в дело снова полез аратанец, шинкуя пространство своей «лезкой».
Надоели они, если честно, хуже горькой редьки!
Да, мои пушчонки не под этот калибр, но…
Подпустив противника ближе, влупил аратанцу со всех стволов, включая до этого ни разу не активированную, «башню»-платформу.
Говорят, что удачи не существует.
Идите-ка вы…
Я с наслаждением наблюдал, как фактически весь залп пришелся на делусца, который именно в этот момент решил вылезти вперед и снова нас приголубить.
Щит противника падал на глазах, и вот уже энергетика и кинетика вгрызается в броню, сносит надстройки и антенны, оставляя на месте попадений кратеры, после которых капут приходит любому кораблю.
Даже если «Громила» выживет, лететь отсюда он будет исключительно на досветовых!
Но он не выживет.
Старпом может и хотел оставить недобитка в покое, но у меня с этим правило простое – пока нет белого флага, враг сопротивляется.
А пока враг сопротивляется, он уничтожается.
Я не мать Тереза, у которой, кстати, репутация была хуже чем у Гитлера, если верить мемуарам, что разошлись миллионными тиражами…
Еще залп и крейсер «Громила» превратился в остывающий кусок железа, без двигателя, со сбитой набекрень бронерубкой, по которой я с особой любовью отработал кинетикой, с отстреленными реакторами, один из который очень удачно взорвался между нами и аратанцем, ослепляя прицелы и им, и нам.
Старпом перехватил управление и «оттащил» на маневровых «Ипохондру» «вниз и в сторону» прикрываясь тушей делуссца от «лезки» «Демиурга».
В такие «кошки-мышки» Сид мог играть часами, у него к маневрому бою просто талант какой-то, словно он переродившийся пилот-ас Второй Мировой, а не старпом устаревшего, хотя и шустрого, крейсера!
Получив передышку, занялся «делами внутренними».
«Четвертую смену» пришлось вырезать под корень.
ВСЮ смену.
Из техников на бунт кинулось трое, из оружейников – один.