— Сегодня, возьмешь меня с собой на кухню. Еще один тунец не завалялся где-нибудь на Арабелле?
— А, в самом деле, что все Джейн, да Джейн. А, мы, что не повара, что ли! — произнес, как бы в шутку, довольный нашей восстановившейся, снова дружбой Дэниел — Пусть сестренка сегодня отдохнет от кухни.
Возвращение на плато смерти
— Когда спуститесь в пролом между рифами — инструктировала меня с Дэниелом моя Джейн, на верхней палубе Арабеллы. После вкусного завтрака из тунца и плавников, и жабр пойманной Дэниелом акулы, приготовленного нами же на камбузе яхты. И, уплетаемый нами, как надо и с невероятным аппетитом в главной каюте за столиком в нашем общем, теперь тесном, как всегда дружеском кругу.
Сидя на кожаном кресле в главной корабельной каюте, я с Дэни. И уплетая варенную в кастрюле акулу, я вдруг вспомнил, тот еще не до конца приготовленный моей красавицей Джейн суп, который, когда-то спас мне жизнь из мясных консервов.
Джейн не хотела особо вспоминать тот самый жуткий для нее момент.
— Держитесь вместе у самого дна — сказала Джейн — Так будет легче ориентироваться.
Она показывала руками, как и, что делать. Они в длинных рукавах шелкового короткого до колен халатика, красиво мельтешили в воздухе перед нашими лицами.
— «Моя красавица Джейн» — думал я, глядя на нее. И уже, снова, сексуально бесился, любуясь ей, на пару с Дэниелом. Допивая горячий в чашке шоколад.
— «Моя, мулаточка южных кровей. Загоревшая, как уголь на этом тропическом тихоокеанском солнце» — только бы звучало у меня в голове.
Я сейчас не столько слушал ее инструктаж, сколько любовался, опять ею. И думая о ней. Забыв уже распри между нами, я смотрел на нее влюбленными глазами влюбленного безумца.
— «Джейн! Моя красавица Джейн! Теперь, такая вся, раскованная и уверенная в себе» — звучало в голове — «Объясняющая, что да как, мне и Дэниелу. Она смотрит на меня и видит, как я киплю сейчас к ней».
— Ты сейчас, смотришь на мои руки или мои ноги? — произнесла критически и возмущенно моя ненаглядная Джейн — Я для кого провожу инструктаж того места, где я недавно была?
— На то и другое, моя любимая — произнес сам по себе я, даже не думая.
Дэниел посмотрел, тоже на меня, и засмеялся, по-дружески. Без всякой злобы или неудобства. Он уже не питал ничего обидного против меня, за прошлую стычку.
— Уже одиннадцать на часах — произнес Дэниел, глянув на свои подводные часы на левой руке — Время поджимает. Я зарядил баллоны на двадцать четыре литра. Думаю, нам хватит смеси, почти на час, и туда и обратно.
— «Вот он, и вернулся назад» — подумал я, глянув на него с воодушевлением, и рассмеялся. Про себя произнес, и, поперхнулсяя, глядя на возмущенный взгляд черных глаз моей Джейн.
— Послушай меня, Дэни — произнесла Джейн — Еще все успеете. А, инструкцию выслушать придется. И это не шутки. Там сто пятьдесят метров. И ты меня послушай, Володя.
— Прости, любимая — сказал я — Все нормально. Я тебя слушаю.
— Хорошо бы — сказала, тоже соблазнительно улыбаясь, моя Джейн — Угораздило же меня влюбиться в такого несносного до женских прелестей бабника.
— Все, все я весь во внимании, моя любовь — я произнес, не стеснялся в своих выражениях, даже при Дэни. Что таить. И так все происходило на его глазах, почти. И он знал прекрасно, что Джейн, тоже без ума от любви ко мне. Он сейчас я думаю, как и я, просто хотел затереть, быстрей все случившиеся размолвки наши между нами. И восстановить дружбу, и взаимопонимание между друзьями. Ведь у нас все так гладко шло и то, что произошло, было в основном его виной. И виной этого жуткого места.
— Так вот, повторяю отдельно для несносных бабников — сказала Джейн, сверкая в мою сторону обворожительным взглядом черных как ночь влюбленных глаз — Держитесь вместе. Там глубина больше ста метров, может сто пятьдесят. Один белый песок и больше никого. Но, вода там не такая холодная, как в том меж островов ущелье. Я доверяю вам друг друга. Слышишь, Дэни?
Она посмотрела, на меня любящим взглядом. И на родного своего брата.
Он, поправляя с черными стеклами на загорелом лбу солнечные очки, покачал в знак примирения и согласия кучерявой с черными волосами головой, что все в порядке. И все ему ясно.
— Так вот, идите над самым дном — продолжила она — Я так всегда делаю. Так легче маневрировать и ориентироваться. Там дно после пролома выполаживается и ровное как стеклышко. Но, давление воды сильное.