– Покажите им «Арго» и их планету с орбиты. Покажите траекторию самолёта и сам самолёт. Если они сохранили знания, должны понять этот символ.
– А если не сохранили?
– Сомневаюсь. Слишком мало времени для одичания. Где-то там, внизу, могут быть ещё живы те, кто помнит мир до катастрофы.
– Тихо! – Эрнест, прислушавшись, поднял руку. – Слышите?
Я-то как раз услышал. Прочим пришлось усиливать сигнал от внешних микрофонов скафандров, чтобы уловить негромкий гулкий стук где-то в стороне и внизу. Как будто открылась или закрылась тяжёлая дверь, ведущая в подвал.
Пожалуй, нам будет что передать на станцию. Или даже на Землю…
Эта планета заставила его поволноваться. Ощутить сперва беспомощность перед обстоятельствами, затем осознать собственную малость, а потом разделить вполне понятную радость от оправдавшихся надежд. И, хотя не ему выпало быть среди тех, кто принёс чудом выжившим аборигенам хорошие новости, всё равно не отпускало чувство сопричастности к чему-то по-настоящему великому.
Казалось бы, что они такого сверхъестественного делают? Всего лишь исследуют космос. Между прочим, во вполне меркантильных целях экспансии человечества.
Получив данные, начальство на станции организовало сеанс видеосвязи. Пообещали в течение месяца подогнать ближайший к этому сектору земной крейсер и немедленно сообщить Содружеству о цивилизации, нуждавшейся в срочной помощи. Затем на «Арго» передали свежие новости и электронные письма членам экипажа.
Лучше бы они этого не делали…
«…Ты должен помнить Айрин Кертис, училась на смежном потоке. Я набрался наглости и попросил твою Эмили помочь с устроением нашего первого семейного праздника. И надо же – дамы сдружились. Айрин даже уговорила её взять отпуск, и сейчас мы всей компанией мило проводим время на… Впрочем, пусть для тебя это будет сюрпризом. Эмили и малыш Генри ни в чём не нуждаются. Они искренне радуются отпуску в весьма живописном уголке Земли. Я знаю, что ты ушёл в полугодовую миссию без обязательного выхода на связь, так что моё письмо может несколько запоздать. Не волнуйся. Эмили и ваш мальчик благополучно вернутся домой. Они, упаси боже, ни в чём таком страшном нас с Айрин не подозревают. Лишь от тебя одного зависит, останутся ли они и далее в неведении на этот счёт.
Если ты получил это письмо до возвращения на станцию, черкни Эмили пару слов. Она очень скучает по тебе. Я сообщу, когда она получит твоё послание.
Стен».
Объявился, значит. И сразу же дал понять, что жизнь самых дорогих для Джимми людей – в его руках.
Что он потребует в обмен на их безопасность и – как он там выразился – неведение?
Стенли. Тень из прошлого. Он и играет по законам того прошлого, возвращения которого так желал. Но он плохо знает потомка семьи Морганов, наследника банкиров и пиратов, если думает, что его старый друг Джимми поведёт себя как напуганный болван. О, это будет весьма увлекательная игра, и кому пить шампанское по её итогам, ещё неизвестно.
Не стоило старому приятелю злить «ботаника» Джимми. Морганы всегда славились тем, что частенько устраивали противникам неприятности, прибегая к грубой силе лишь по мере необходимости.
Отложив коммуникатор, Джим достал из шкафчика новенькую, последней модели, бритву и принялся тщательно очищать лицо от лишней растительности. Предстоит весьма важный разговор, и ему не хотелось выглядеть при этом молодым клоном вечно лохматого и бородатого Тома.
Хотите войны, ребята? Вы её получите. Корпорация «Морган и компани» гарантирует.
«…На пыльных тропинках далёких планет…»
На седьмой неделе обращения по низкой орбите вокруг новооткрытой планеты наконец-то появился обещанный крейсер.
Первооткрыватели имеют право присваивать «своим» звёздам и планетам те имена, которые сочтут нужным. Но только в том случае, если там не обитает разумная раса, давным-давно давшая своему родному миру собственное название. Таковы правила Содружества, здесь не забалуешь. За нарушение могут обложить такими штрафами, что лучше не нарываться. Но будь моя воля, я бы поименовал найденный нами мир Шибальбой. Майянским адом. Уж больно обстановочка инфернальная: планета, лет сорок назад подвергшаяся удару гамма-луча.
Самое удивительное, что уцелевшие аборигены ухитрились не одичать, не озлобиться даже в аду. Честь им и хвала за это. Сорок лет жить в подземке, на кое-каких припасах и подножном корму, охотиться на крысюков, но бережно хранить уцелевшие крохи знаний, растить детей, не видевших солнца, и всё это время верить, что сигнал, посланный в момент катастрофы, достигнет населённых миров. Сигнал, как и предполагал Щербаков, был основательно заглушён поднятой гамма-всплеском электромагнитной бурей. Но, видимо, местные жители и впрямь хорошо молились своим богам – Отцу и Матери. То, что мы оказались там при жизни всего лишь второго-третьего поколения подземных сидельцев, было чистейшей случайностью… или нет?