- Кондрат… - выдохнула она возле его шеи. Задрожала от нарастающего внутри возбуждения, с сожалением, понимая, что продолжения не будет. – Ты самый настоящий демон… - нежно прикусила его за ушко.
- Ну, демон, так демон… - легко согласился он. Как жена скажет, тем он будет для нее на это время…
Его сейчас больше волновало, что она такая приятная на ощупь. Одну руку так и оставил под поднятым подолом платья, поглаживая с внутренней стороны бедра. Другой рукой не спеша оттянул впереди ее платьюшко, заглядывая в вырез, надо же проверить, все ли месте? Сначала глазами, а потом и сжать ладошкой, для верности и надежности «проверки».
- Придушу, если сейчас же не поцелуешь…! – прошипела она, чувствуя, что поплыла под его нежными ладонями и горячими взглядами.
Жить ему хотелось еще долго и вместе с Юлей, поэтому он с удовольствием выполнил ее вполне обоснованное требование…
***
Он так и стоял, прижав к себе любимую жену, но чтобы отвлечься от не очень приличных мыслей, последовавших вслед за нежными и долгими поцелуями, решил немного сменить тему разговора, а то до ночи точно не дотерпит.
- Кого следующего будем женить? Все у нас уже переженились… - грустно, но очень по театральному спросил он, тоном заправской свахи.
- Да все уже почти пристроены! – улыбнулась довольная Юлька. – Вот как бы, наш старшенький не женился раньше времени. – вздохнула Юля. Девчонки табунами вились вокруг Стасика.
- Да, за ним глаз и глаз нужен. – согласился Кондрат, подозревая, что Стаса, рвущегося в большую взрослую жизнь, уже ничего не остановит.
- Любимый, у нас же Макс все еще ходит в холостяках?!
- Юленька, давай Макс сам будет устраивать свою личную жизнь, а? Без нас разберется… - проворчал недовольно Кондрат.
- Да ты, что?! – притворно возмутилась Юля. - Как ему можно доверить выбор жены? Кого он к нам в семью приведет? Ты подумал об этом? Вторая мамочка для Стасика должна пройти мой личный фейс-контроль!
- Да, точно… - пришлось капитулировать под бесспорными фактами Кондрату. – Давай Макса будем женить…
- А я все слышал… - раздался за их спиной ехидный голос их старшего сына.
Его отправил сюда дядя Андрей, заявив, что его бессовестные родители, потерявшие всякий стыд, сейчас доведут до инфаркта любопытного дедушку жениха, который подсматривает за ними через занавесочку. И всю «занавесь» уже слюной закапал, старый шельмец.
А до этого, Андрей, сгибаясь пополам от смеха, наблюдал, как жених отлучал дедулю от аппетитного тела своей драгоценной Зиночки. И даже проявил неуважение к пожилому родственнику, категорично преградив доступ к своей новообретенной жене. Вот будет повод для стеба над женихом, ревнующего к собственному деду.
- Так и скажи им, сегодня не их день, пусть не увлекаются! Я понимаю, вы, охламоны кругом бегаете, не даете мамке с папкой уйти в отрыв… - хмыкнул он, поняв, что увлекся рассуждениями, а ведь Стас еще ребенок. Хотя ребенком эту здоровенную каланчу, почти ростом с самого себя, язык уже не поворачивался называть.
Стас ринулся спасать дедушку жениха от инфаркта, заодно поехидничать над влюбленными родителями. Прикольные они, до сих пор по углам тискаются, думая, что никто не замечает. Пять лет уже изучают «анатомию» и жажда знаний не проходит у них… Наверное, это и есть любовь, а не просто биология с химией…
- Так вы с отцом папаню Макса женить собираете? – уточнил Стас. - Ты, что не знаешь, он якшается с какой-то грудастой телочкой, она скоро его сама женит на своей груди... Папаня сопротивляется, но она коза такая…
- Стас! – Юля повернулась к своему нахальному и подросшему пятнадцатилетнему сыну Станиславу, высокому, худощавому, но очень симпатичному юноше, переросшему мать на целую голову. – Что за выражения?
- Ма, ну че ты? – протянул заунывно Стас. – Не парься! Папаня без моего одобрения не женится.
Мамка у него была любящая, но строгая, и даже о любовнице папани не разрешала дурного слова сказать. А у Стаса было много словечек в запасе для длинноногой и грудастой козочки, пытавшейся окрутить Максима и развести того на женитьбу.
Злобная грымза даже и не пыталась найти с ним, с любимым сыном Максима Подгорного общий язык, думая, что четвертый размер груди является неоспоримым фактом ее превосходства над другими претендентками. Но разве «размер», может быть конкурентом любимому сыну? Ничего, поборются они еще, но до роли мачехи он ее не допустит…