С пальцев мага сорвалась черная молния, ударившая в морду твари. Двое хильдар развернулись и перенесли огонь на ближайшую угрозу. Огненный магический шар прочертил обугленную полосу в теле змеи. Но это лишь привело рептилию в ярость. Сверкнули острые и длинные изогнутые клыки, полыхнула красным огромная пасть. Вокруг плоской головы развернулась корона длинных чешуек. Голова чудовища промелькнула молнией, тараном ударив в грудь мага. Человек отлетел на десяток шагов, впечатался спиной в ствол дерева и свалился безвольной поломанной марионеткой.
Змея соскользнула наземь с ветвей, двигаясь быстро и до отвращения плавно, будто игнорируя при этом законы тяготения. Конечно, так оно и было на самом деле, и текучее длинное тело в реальности было лишь мерцающим обманом, фантомом, вроде тех, что образуются в мареве жаркого воздуха. Но как и фата-моргана успешно приводит к гибели усталых путников в пустыне, так и белая змея сеяла вокруг себя вполне реальную смерть.
Один из стрелков хильдар упал на землю, придавленный ее тяжестью. Злобная рептилия обвилась вокруг него, сжимая тело стальными витками. Хильдар испустил отчаянный вопль боли и ужаса, оружие его отлетело в кусты. Солдат безрезультатно колотил руками по чешуйчатому боку змеи. Та еще раз стиснула кольца, и крики оборвались громким булькающим звуком. Хильдар обмяк, из-под края его шлема вытекала струя темной крови. Змея сдавила тело еще раз, отчего кости в нем захрустели как сухое дерево, и отпустила, разворачиваясь к следующей жертве. На все ушло лишь пара секунд.
Далее на пути змеи стояла Джулия Скорпи. Баронесса не сделала ни шагу прочь от быстро приближающегося чудовища. Вместо этого она подняла свое оружие и в упор выстрелила змее в глаз. Огненный заряд взорвался, разнеся голову твари в кровавый туман. Змеиное тело забилось в судорожных конвульсиях.
В это время на другой стороне отряда замеченная первой змея прорвалась сквозь заградительный огонь хильдар. Навстречу ей выступил Тиорий. Магистр с размаху ударил чудовище кулаком в голову. Не последовало ни вспышек, ни иных спецэффектов, зачастую ожидаемых людьми от применения боевой магии. Просто змея превратилась в пепел, сразу и целиком, от места удара до кончика хвоста.
— Что с пострадавшими? — осведомился Тиорий ровным голосом.
— Мертвы.
— Значит, минус два. Продолжаем, коллеги, лес еще не кончился!
— Собрались! — крикнула Джулия. — Маги делают просеку, мы прикрываем! Смотреть в оба!
Много ли, мало ли времени прошло, а вновь погоня наших героев настигает. Проломились темные силы, значится, сквозь лес, да со змеями совладали. И сокращается расстояние, будто тает. Злой колдун совсем близко! Вот-вот схватит девушку за платье. Быстро несут околдованные кони, пылают алым огнем глаза, и дыхание черным дымом стелется, будто горят кони изнутри, в жертву бешеной скачке принесенные. А топот копыт и вовсе неразличим, в сплошной гул сливается, будто преследует рой злых ос наших…
— Саймон! Хорош тут народные сказки разводить! Снимай платок.
— Что?
— Платок! С шеи.
Бард сдернул подаренный чародейкой при бегстве из Равенграда темно-синий шелковый платок, который с тех пор носил постоянно, скрывая под ним шрамы от топора палача.
— Я очень извиняюсь, но иначе никак, — с искренним сожалением проговорила Лайза.
Взяла платок чародейка и бросила за спину через плечо. Что за диво! Там где платок упал в тот же миг разлилась в обе стороны до горизонта река широкая-преширокая, глубокая-преглубокая.
Магистр Тиорий дернул поводья, заставив лошадь резко свернуть и пробежать немного вдоль реки, останавливаясь. Успели остановиться и другие. Лишь один хильдар не удержался и вместе с конем рухнул в реку. Свирепый поток тотчас подхватил человека и лошадь, закрутил словно щепку, отнес вдаль от берега, где они и скрылись из виду.
— Ксо! — выругалась Джулия.
Магистр Тиорий остался внешне невозмутим. Он заинтересованно разглядывал бурлящую реку с высоты своей лошади.
— Потрясающе. Я думаю, этой водой даже напиться можно, — Тиорий замолчал и принюхался. — Нет. Она соленая… Почему?
— Я рада, что вы находите это столь занимательным, магистр, — голос Скорпи вовсе не выражал радости. — Но, быть может, сконцентрируемся на преодолении этого препятствия? А когда догоним Лайзу, вы сможете высказать ей свое восхищение.
— Честно сказать, мне не приходит в голову никакого решения, — признался магистр. — Поток слишком быстрый, чтобы у нас получилось его переплыть.
— А сделать портал? — нетерпеливо спросила Джулия. — На другую сторону реки?
— Сквозь иллюзию? Нет уж. Вы поймите, нет у этой реки другой стороны. И этой нет. Вообще никакой стороны нет. И самой реки нет. У нормальной реки есть другой берег, на который можно переместиться, а у этой — нет. Если я открою портал, мы вполне можем выйти над водой. Упадем и утонем.
— Вы же говорили, что у ваших заклинаний портала есть проверка местности высадки?
— Есть. Только в этом случае не поможет. Для заклинания все будет в порядке, оно не увидит иллюзию.
Пока Тиорий рассказывал это, один из магов встал на берегу. От рук его к воде протянулись два синих конуса. Там, куда они попали, вода покрылась коркой льда. Однако лед тут же был сломан неистовым потоком, и обломки его унеслись, кувыркаясь, прочь.
— А это идея! — радостно воскликнул наблюдавший за действием магистр. — Только надо иначе, на другое воздействовать!
— Что вы придумали?
— Лучше всего с иллюзией бороться другой иллюзией.
Тиорий вытянул руку над бурлящей рекой и произнес несколько отрывистых холодных слов. Бурлящие воды под его десницей замедлились, присмирели, утихли, заледенели. Вся широкая река, на сколько хватало глаз, покрылась льдом. Магистр тронул пятками сапог бока своей лошади и неспешной рысью первым выехал на лед. Остальные последовали за ним.
— Вы пересилили наведенную Лайзой иллюзию? — спросила Джулия. — Изменили ее?
— О нет, — Тиорий улыбнулся довольно, будто школяр, решивший хитрую задачку. — Я сделал еще одну. Навел иллюзию на всех нас. Я наложил свою иллюзию поверх существующей. Принцип ее другой, а результат тот же. Для нас реальна эта река, но реален и лед на этой реке. Поэтому мы по нему можем переехать реку.
— Хитро, — признала Скорпи.
— Благодарю. Однако на всем этом мы потеряли много времени.
— Наши кони наверстают отставание, разве нет?
— Эх, боюсь, что нет, — покачал головой магистр, приглядываясь к своей лошади, которая покинув лед вновь принялась нестись быстрее ветра колдовским аллюром. — Мое заклинание придало им скорости, но оно не всесильно. И скорее рано чем поздно наши лошади не смогут продолжать бег.
— Их лошади тоже уже долго бегут, они тоже выдохнутся, — отметила Скорпи. — Так что ничего страшного.
— Нет, я же говорил! Я же говорил! — практически кричал Саймон, тыча пальцем в пирамиду. — Это просто невероятно! "Visita unique antiquis monumentum! Triginta denarios ad circumeundam labyrinthum"! Что это такое? Это издевательство, вот что это такое. Издевательство над законом жанра!
— Ну, ты драматизируешь, — не согласилась чародейка, которая спокойно, но быстро расседлывала свою лошадь. Животное тяжело дышало после длительного бега, и то и дело старалось ткнуться лбом в девушку. — Тихо, хорошая лошадка, спасибо тебе, а теперь можешь отдохнуть, сейчас о тебе позаботятся. Саймон, за нами погоня, если ты забыл. Надо поторопиться и попасть внутрь храма, пока сюда не прибыли наши друзья. И не кричи так, не привлекай внимания, на тебя и так уже оглядываются.
— Нет, — голос барда стал на удивление спокойным. — Мы наверное где-то ошиблись. Это не может быть Ат-эль-Коар. Это не тот храм, что мы ищем.
— Тот. Это именно он. Слезай и поторопись.
— Дурдом какой-то.
Негодование барда можно было понять. Загадочная цель их путешествия, крохи информации о которой они собирали по тайным библиотекам. Место, из которого открывается дорога к иным мирам. Пункт назначения, ради которого они пересекли горы, пустныню и океан, следуя на другую сторону планеты. Древний таинственный храм Ат-эль-Коар…