И в эту минуту в комнату ворвался Витька. Костя сразу накинулся на него.
– Где ты взял эту бумажку?
– Нашел в нашей бане... Васюрка убежал в лавочку, а меня не взял. Я пошел в огород, сорвал репу, а дверь открыта. Я вошел в баню и нисколько не забоялся. Бумажка на окошке лежала. Я взял ее и принес домой, попросил Васюрку сделать пароходик, а он хотел отобрать ее. Я заплакал... Васюрка выменял бумажку на гильзу, вот на эту!
Витька, нагнув голову, снял фуражку, и все увидели среди гвоздиков и пробок винтовочную гильзу.
– Кто приходил в баню? Ты видел? – допытывался Костя.
– Никого я не видел!
Наступила тишина. Эдисон и Костя не могли смотреть друг на друга. Было ясно: за одним из них или за обоими сразу следит враг, который так зло насмеялся над ними. По откуда он знает тарабарский язык?
Эдисон повернулся к Васюрке.
– Наблюдай за баней до самой ночи!
Васюрка взял за руку Витьку, и братья удалились.
– Я знаю, кто нам пакостит! – сказал Эдисон.
– Кто?
– Миссис Конфорка, вот кто!
– Точно! Как это мы раньше не додумались! Тогда вот что!..
Костя изложил свой план. В баню Чураковых никому пока не ходить. Подпольщиков тарабарскому языку не обучать, он не годится для секретов, и вообще с ним одна канитель. Лучше начать слежку за Конфоркой, узнать, где она живет, куда ходит и с кем встречается...
* * *
Пока Костя «изучал» географию, Тимофей Ефимович рассказал пришедшему дяде Филе то, чего не мог рассказать сыну....
В Петровске живет и работает сапожником военнопленный чех Боушек. Он выходит на станцию к эшелонам, подолгу беседует с чешскими солдатами, потом сообщает Усатому: на какой станции, к какому вагону следует подойти, от кого и что получить. В Куренге чернявый повар вручил Тимофею Кравченко два нагана, несколько ручных гранат и винтовочные патроны.
– Вот оно как! – сказал Тимофей Ефимович, подмигивая дяде Филе.
Кравченко взял корзину, принесенную дядей Филей, и пошел в кладовку.
– Принимай «картошечку», – сказал он, вернувшись.
– Есть одна закавыка, Ефимович. Сегодня утром в наш цех начальник станции Блохин заглядывал. Ко мне подошел и спрашивает: «Работаешь, солдат?» Отвечаю ему: «Работаю до седьмого пота!». А он: «Бог труды любит! Работай, да почаще оглядывайся!» Перед самым гудком ребята передали, что семеновские офицерики мной интересуются. Что на это скажешь?
– Вот что скажу... За гранатами сам пока не приходи. Может, ребятишек к этому делу осторожненько приспособим. Оставь корзинку-то, надо проверить, не следят ли за твоей квартирой. Ночки две-три там не появляйся!
Глава тринадцатая
ЗАМОРСКИЕ ГОСТИ
Разбудили Костю раньше обычного. За чаем отец сказал ему:
– Быстренько отнеси дяде Филе картошку, а то он вчера торопился в ночную смену и не взял. Да смотри, не балуй дорогой – не упади, не рассыпь...
Костя нес корзину на Хитрый остров и думал в смятении: «Почему папа поручил это мне? А может, он знает, что я догадываюсь?.. Посмотреть бы эти подарки от «зайчика»... Нет, лучше не надо... Вот когда-нибудь я расскажу ребятам про настоящее задание...»
Дядя Филя жил на крайней тихой улице. Комнату он снимал в небольшом домике с голубыми ставнями. Косте хотелось проникнуть туда незаметно: прижимаясь к заборам или ползком через огороды. Но, несмотря на ранний час, улицы были людными: мастеровые шли на работу, женщины несли на коромыслах воду. Пришлось шагать у всех на виду...
Еще издали Костя заметил, что выходившие в палисадник окна закрыты. Толкнул плечом калитку, она беззвучно открылась. Едва он ступил во двор, как его больно схватили за руку. Костя сначала рванулся, а потом уже разглядел молодого офицера с короткими усами.
– Стой, стервец!
Выскочивший из-за домика здоровенный солдат выхватил у Кости корзинку. «Бежать», – мелькнуло у Кости, и он впился зубами в офицерскую руку с золотым кольцом. От нее пахло духами. Сейчас же щеку обожгло ударом. Костя упал, стукнувшись головой о собачью будку. И в этот же миг он увидел, как солдат перевернул корзинку. Костя в ужасе закрыл глаза.
– Да... история! – обескураженно протянул офицер.
– Вставай, что ли! – солдат дернул Костю за руку. – Разлегся тут!
Открыв глаза, Костя увидел раскатившиеся по двору картофелины, чистые, почти одинаковой величины. Он вскочил и схватился за голову: затылок жгло.
– Часто носишь? – спросил офицер, указывая кивком головы на рассыпанную картошку.
– Когда дядя Филя попросит...
Офицер топнул на Костю ногой:
– Брысь отсюда!
Костя пробкой вылетел со двора и пустился наутек. Спешка и волнение не помешали ему увидеть Конфорку, сидевшую в эту раннюю пору на лавочке около соседнего дома...