Вместо ранее практиковавшегося скифского обычая сопровождать погребение знатного человека большим количеством закланных лошадей, теперь в могилу предпочитали класть только конскую узду или кусок жертвенного мяса; обряд принесения в жертву лошадей, начиная с эллинистического времени, применялся здесь редко. Часть вещей, входящих в состав погребального инвентаря кубанских курганов римского времени, представляла собой импорт из отдаленных заморских промышленных центров, поступавший в крупные торговые центры Боспора и оттуда распространявшийся далее в глубь страны. Таковы в значительной своей части стеклянная посуда, пастовые бусы и амулеты, бронзовые кувшины и светильники на треножниках; импортными были, вероятно, и некоторые ювелирные украшения. Кое-что изготовлялось ремесленниками в местных кубанских поселениях (бронзовые котлы, простые глиняные сосуды). Большая же часть вещей — это изделия оружейных, ювелирных и иных мастерских, работавших, главным образом, в Пантикапее, а также в других городах Боспорского царства.
Подобно Прикубанью, обширным рынком сбыта товаров являлась для греческих купцов и область Дона, где роль крупнейшего торгового пункта попрежнему играл боспорский город Танаис, довольно скоро оправившийся от разрушений, причиненных ему царем Полемоном I во время подавления мятежа. При посредничестве Танаиса в торговый обмен были вовлечены в римское время не только кочевые племена и оседлое земледельческое население Придонья, но и алано-сарматские кочевые племена нижнего Поволжья, как об этом свидетельствуют раскопки древних могильников на территории Саратовской области. Судя по находкам из курганных погребений этого района, в первые века нашей эры туда доставлялись боспорское вино в глиняных кувшинах, изредка в амфорах, глиняные сосуды хорошей выделки, железное оружие, бронзовые зеркала и фибулы. Наряду с предметами боспорского происхождения (повидимому, немало такого рода вещей изготовлялось непосредственно в самом Танаисе), в приволжских степях находили также сбыт изделия, импортированные на Боспор из отдаленных заморских стран, например египетские амулеты из голубой пасты в виде жуков-скарабеев или фигурок лежащих львов, дорогие стеклянные и пастовые бусы. 37
Из Танаиса велись также торговые сношения с населением северо-восточной части Приазовья, занятого преимущественно сарматским племенем сираков. Боспорские купцы в римское время вели торговые операции не только в крупных приморских городах, но и углублялись, главным образом, по рекам довольно далеко во внутренние области.
На одном из каменных надгробий, найденном в Керчи, сохранилась греческая стихотворная эпитафия I в. и. э., которая гласит, что в могиле похоронен купец (έμπορος), умерший в земле сираков, очевидно во время одной из своих торговых экспедиций. «Ныне же каменная плита имеет написанным меня, Христиана, сына Азиатика, до брака нашедшего злосчастную смерть среди иноплеменников», — меланхолически возвещают высеченные на плите строки эпитафии, сочиненной каким-то местным пантикапейским стихотворцем.38
Степные пространства, лежащие между Доном и Аральским морем и предгорьем, заселенные алано-сарматскими племенами аорсов, а южнее между Азовским морем, Каспием и Кавказским предгорьем — сираками, пересекались дорогами, которые связывали северное Причерноморье с Востоком — с Закаспийскими областями и Кавказом. Страбон, характеризуя племена аорсов, пишет, что они «владели обширною страною, господствовали почти над большей частью Каспийского побережья и вели караванную торговлю индийскими и вавилонскими товарами, получая их от армян и мидян.
Через приволжские и каспийско-приаральские степи проходил торговый путь на Восток, известная еще Геродоту дорога из Причерноморья к уральскому и казахстано-алтайскому золоту. В римское время по этой дороге осуществлялась связь также и со Средней Азией, которая, в свою очередь, поддерживала сношения с Китаем. Таким путем проникали в район нижней Волги, на Кубань и на Керченский полуостров китайские изделия. В пантикапейских погребениях римского времени были найдены: китайский шелк, китайского типа нефритовые украшения рукоятей мечей.40 Существование вышеуказанных связей подтверждается и находками боспорских монет римского времени в Заволжье,41 на Алтае,42 в Средней Азии.43
Возрождение городов Боспора в I — II вв. н. э., несомненно, сопровождалось значительными строительными работами. В крупных городах, особенно столичных центрах, строилось и перестраивалось много общественных зданий и частных домов. Государственным и культурным центром продолжал оставаться Пантикапей. Здесь была царская резиденция, тут жило много придворной знати и государственных чиновников. Равным образом, в столице было сосредоточено немало бога тых купцов, судохозяев, промышленников, ремесленников, художников. Но культурный облик боспорской столицы каким он был в римское время, может быть охарактеризован, главным образом, лишь по некрополю, по огромному числу раскопанных в Керчи могил первых веков нашей эры, давших обильный и чрезвычайно яркий вещевой материал. Что касается самого города, то как о Пантикапее, так и о других боспорских поселениях римского времени мы знаем еще мало, вследствие того, что они весьма недостаточно подвергались раскопкам, о чем уже было сказано выше.