Отсутствие сведений о военных действиях Левкона I на азиатской стороне заставляет предполагать, что присоединение к Боспору таких областей, как Синдика, и некоторых соседних с нею районов обошлось без войны. На правителей племен оказано было, повидимому, дипломатическое давление, которого оказалось достаточно, чтобы те признали себя подчиненными боспорским царям. Наличие в распоряжении последних достаточных сил для реального осуществления своих притязаний играло, конечно, немаловажную роль. Овладение Синдикой значительно облегчалось еще и тесными семейными узами, которые связывали Спартокидов с синдской правящей династией.
Но меотов удалось подчинить не сразу — и то лишь в результате военного нажима. Сохранилась надгробная надпись IV в. до н. э., в которой упоминается пафлагонский гражданин, служивший наемником в боспорской армии и «сражавшийся в стране меотов» (IPE, II, 296). Тем самым подтверждаются военные действия, которые велись боспорскими войсками в Приазовье. Впервые упоминание «всех меотов» как подвластных Боспору племен встречается в надписях Перисада I.
В наиболее экономически важных областях, как, например, в Синдике, с присоединением последних к Боспору власть переходила в руки назначавшихся боспорскими царями наместников. Ими являлись члены царской семьи, в которую теперь влились и члены местной синдской династии, породнившейся со Спартокидами. Результатом включения Синдики в состав Боспора была организация торгового порта Горгиппии (теперь Анапа).22
Другие племена, присоединенные к Боспору, сохранили своих прежних правителей («царей»), которые находились лишь в вассальной зависимости от Боспора. В официальных боспорских надписях упоминаются, например, фатеи — одно из прикубанских племен — как подчиненные Боспору и входящие в его состав. Между тем в конце IV в. до н. э. во время междоусобной борьбы за власть, возникшей между сыновьями боспорского царя Перисада I, на стороне одного из претендентов на трон принимал участие царь фатеев со своим войском.23 Следовательно, фатеи, несмотря на включение их в состав Боспорского государства, сохраняли не только своих племенных правителей, но и свои вооруженные силы. Подчинение Боспору лишь означало, что они должны были признавать в качестве верховной власти боспорских царей, выплачивать им определенную дань натурой и предоставлять на своей территории полную свободу коммерческой деятельности боспорским купцам и промышленникам.
Спартокиды были единоличными неограниченными правителями, монархами. Греческие писатели их называли различно: то тиранами, то династами, то просто царями.24 Сами Спартокиды пользовались в IV в. до н. э. двойным титулом.. По отношению к подвластным им греческим городам они называли себя архонтами («архонт Боспора и Феодосии»), но одновременно именовались царями всех входящих в Боспор варварских племен («царь синдов, фатеев, меотов» и т. д.).
Архонт являлся в греческих демократических рабовладельческих государствах высшим правительственным лицом, избиравшимся на ограниченный срок. Повидимому, в ранний период жизни основных боспорских городов в них действительно были такие выборные должностные лица, облеченные властью по решению общины греческих колонистов. Но с тех пор как власть сосредоточилась в Пантикапее в руках Археанактидов, демократическая основа государственного строя была утрачена, и правители лишь по традиции продолжали именовать себя архонтами. Фактически же это были единоличные правители, вполне подходившие под греческое понятие тиранов, т. е. неограниченных владык, царей. Тем не менее Спартокиды по тактическим соображениям продолжали еще долго удерживать за собой звание архонтов греческих городов, подчеркивая этим, что они являются всего лишь «слугами народа». Монеты, выпускавшиеся Боспором, его столичным монетным двором, чеканились от имени общины «пантикапейцев» (ΙΙαντικαπαιτων), согласно обычаю, принятому в греческих демократических рабовладельческих городах-государствах. Это также было на Боспоре данью определенным традициям.
По отношению к местному варварскому населению Спартокиды именовали себя царями (басилевсами), не прикрывая никакими условностями истинный характер своей власти. С конца IV в. до н. э. двойной титул выходит из употребления, и Спартокиды, следуя примеру эллинистических монархов, именуют себя царями Боспорского государства.