- Помоги мне, - прошептали его губы, и, на этот раз повинуясь, девушка приподнялась, чтобы он мог стянуть их.
Лили почувствовала неловкость, хотя она никогда не стеснялась и достаточно легко раздевалась на пляже или в бассейне. Но тут было совершенно другое. Интимность момента словно обнажала ее полностью, хотя трусики все еще были на ней. Не оставаясь в долгу, мужчина ловко снял оставшуюся на себе одежду, оказавшись перед ней совершенно нагим. По всему его виду было очевидно, что он это чувство не испытывает совершенно. Высясь над ней своим превосходным телом с возбужденным донельзя естеством, он был абсолютно спокоен, если не считать вздымающуюся от желания мощную грудь. Лили хотелось одновременно отвести глаза и смотреть на него, не отрываясь.
Наклонившись по-кошачьи грациозным движением, Джастин снова прижался к ней, на этот раз настолько, что она ощутила буквально все его изгибы и выпуклости. Его разгоряченная плоть уперлась в то место, где сейчас сосредоточивались все ее мысли. Медленно, будто растягивая удовольствие, но при этом властно он принялся елозить по ней, заставляя два их мира соприкасаться. Его гладкое горячее тело то надавливало на нее, то слегка отстранялось, маня и дразня. Вскоре ткань, разделявшая их, намокла.
Джастин смотрел на то, как пылают ее щеки, как трепетно вздрагивают ресницы, и ему, вдруг нестерпимо захотелось поцеловать ее. Ощутить вкус ее губ, что она кусала, заставляя кровь приливать все сильнее. Будь проклят это глупый запрет! Трансформируя накатившее на него так вдруг разочарование в еще большую страсть, он опустил руку, и Лили ощутила прикосновение мягких подушечек под тонким кружевом. Его большой палец обвел чувствительную горошинку, надавив на нее несколько раз, а средний скользнул внутрь, заставив ее изогнуться и застонать. Волны экстаза от каждого движения накрывали девушку все сильнее, окончательно сводя с ума.
- О... Боже, Боже! – бормотала она в его растрепанные волосы, цепляясь ногтями за твердую, будто каменную, но такую теплую спину, а мужчина все продолжал истязать ее, и эта добровольная пытка, казалось, никогда не закончится.
А он, будто и правда злясь на Лили за то, что она лишила его определенного удовольствия, не собирался подарить ей быстрое избавление, и как только она доходила до пика, немного сбавлял темп, после чего снова набирал обороты.
Задыхаясь, она взмолилась о пощаде, о том, чтобы он избавил ее от этого нестерпимого чувства.
- Сделай это… сделай это… сейчас! – выдавила она, сбиваясь от прерывистого дыхания.
- Как пожелаешь, - практически прорычал он, и одним резким движением разорвал на ней белье, лишая ее последней защиты.
Однако, несмотря на досаду и собственное желание, он еще помнил, что девушка была девственна, а он действительно не хотел доставить ей боли, поэтому мужчина только лишь нежно прикоснулся своим достоинством к ее влажной пульсирующей ложбинке и принялся тереться головкой, лаская и гладя, проникая в нее по чуть-чуть, и сразу отступая.
Лили замерла на мгновение, но вскоре она подхватила этот темп, позволяя ему продвигаться все глубже и глубже, пока, вдруг, одним движением он не оказался в ней полностью. Мужчина поглядел на нее с некоторой долей беспокойства, опасаясь увидеть на ее возбужденном лице гримасу боли, но девушка лишь на секунду зажмурилась, после чего вдруг прижалась своими бедрами к его, мышцами хватая его плоть стальной хваткой.
Он задохнулся от накативших на него так внезапно удовольствия и страсти, сдержать которые был уже не в силах, и принялся двигаться с каждой секундой все сильнее. Его губы судорожно осыпали поцелуями все, что находили, а сильные руки выхватили ее ладони и сжали с такой силой, будто желали отпечататься там навсегда. Бешенный темп делал наслаждение просто невыносимым, мгновение… и конвульсии экстаза охватили их полностью. Джастин издал низкий гортанный звук и уронил голову ей на плечо.
Обретя способность двигаться, он немного отстранился от нее и провел рукой по растрепанным волосам. Только сейчас Лили почувствовала, как в голову впились пара шпилек. Прическа была безнадежно испорчена, без сомнения!
- Прости, я соврал, - сказал Джастин нежно. – Я все-таки сделал тебе больно.
- А, это? – Лили улыбнулась. – Ерунда! Я ожидала худшего.
- Мой маленький храбрец!