И он очень нежно потёрся слегка небритой щекой о мой живот, в котором тут же вспорхнула новая стая бабочек. А дурацкое тело, словно жившее сегодня своей отдельной жизнью, покрылось мурашками.
Но только туман в голове уже почти развеялся, и я теперь прекрасно понимала, что поддаваться всяким там бабочкам и черным глазам мне совершенно точно не нужно. А нужно...
Да, нужно бежать! Бежать ещё до того, как этот Граф разберётся со своими пьяными дружками. Ещё до полуночи, как Золушка, пока тыква не превратилась в... нет, не в карету, а в дичь, за которой будет охотится охотник. А семь переодетых чудовищ за этим с удовольствием станут наблюдать и делать ставки.
Нет, нельзя этого допускать! Вот сбегу вовремя и всё, ищите меня - свищите меня. Я ведь здесь официально не работаю. Да и раньше тоже оформлена не была. Поэтому мой адрес проживания никто не знает.
А Юльку я предупрежу, чтобы никому ничего не говорила. И тогда...
Тогда можно сделать вид, что вроде как и не было никакого спора... Да и вечер этот я сама себе выдумала...
* 7 *
Полночь. Наконец-то моё, вернее, не моё, а Юлькино рабочее время закончилось.
Но быстрее переодеваться и сваливать отсюда нужно было именно мне. Пока именно меня Граф не нашел. Не посадил, как тыкву, в свою карету и не увёз в неизвестном направлении...
Я заранее вызвала такси с мобильного приложения, быстро отнесла оставшуюся посуду на кухню, оставив Васе самому разбираться с посудомоечной машиной и оперативненько сбежала в комнату для персонала.
Краем глаза видела, что в зале остались всего трое гостей, Граф и двое братьев, которые Серый и Белый. Они же Мумия и Привидение. И двое последних явно не торопились покидать ресторан, что-то пьяно втолковывая с двух сторон застывшему в оцепенении красавчику.
И за всем этим балаганом из-за стойки насмешливо наблюдал Стас. Кстати, а какого чёрта он сегодня был не переодет? Чего это только я одна должна была мучиться!?..
Повернув за собой замок двери подсобки, чтобы не стать достоянием публики, быстро стянула с себя ужасный костюм и оставила его на плечиках в том месте, где он до этого висел. Быстро натянула джинсы прямо поверх чулок, еще быстрее всунулась в свитер. Сорвала с вешалки куртку...
Только ботинки, как на зло, не смогла сразу найти. Блин, где же я их оставила? Вроде бы здесь раздевалась и разувалась...
Всунула ноги в носки балеток, потому что стоять на кафельном полу было откровенно холодно, и принялась за поиски.
И в этот момент произошло сразу два события. Мой телефон запищал входящим сообщением от приложения, уведомляя, что такси доставлено. И в тот же миг часы на стене звякнули, давая знать, что полночь наступила.
"Уж полночь близится, а Германа всё нет..." - почему-то вспомнилось ни с того, ни с сего.
Но тут же мой уже вполне рационально функционирующий мозг добавил: нет - и не надо!
А надо бежать! И чем быстрее, тем лучше!
Но не в оранжевых же балетках!
И я стала заглядывать везде. Под шкаф, под три стула, стоящих возле небольшого стола, под кресло...
Немилосердно нервничала все сильнее, сердце в груди отстукивало уплывающие секунды и минуты. Сейчас Граф разберётся с братьями и станет меня искать. И придёт сюда...
Выглянула в коридор, где пока никого не было, и прислушалась. Голоса из зала больше не доносились. Зато прямо рядом с дверью непонятно какого лешего обнаружились мои ботинки. Стас, придурок, что ли, решил напакостить таким образом? Типа подшутить. Ну и отомстить заодно. Ну не могла же я сама их сюда поставить! Или могла?..
И только я схватила свои драгоценные, хотя уже совсем не новые башмаки, собравшись было расслабленно выдохнуть, как вдруг услышала разговор прямо у самой двери в служебное помещение.
- А где красавица Тыковка?
Да, этот голос я бы ни с кем не перепутала.
- А вам зачем? - ответил подозрительно насторожившийся Стас.
Господи, хоть бы не сдал!
- Так я чаевые ей хочу дать. И тебе, кстати, тоже.
В наступившей пузе я так и прочла алчный взгляд бармена и шелест купюр в руках Графа.
Бежать! Срочно! Теперь Стас точно меня сдаст. Без вариантов.
Схватила со стула сумочку, другой рукой зажала дурацкие ботинки, из-за которых потеряла столько времени и которые уже точно не успевала обуть, и ринулась в сторону служебного выхода.
Да только бежать было очень неудобно. Дурацкие оранжевые балетки, одетые лишь на носки, шлёпали задниками и мешали как могли, словно сговорились с теми двумя, что стояли за дверью. А нет, уже не за дверью...