Глава 20
Глава 20 — Эмма
Когда я закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной, сердце всё ещё бешено колотилось. Слишком много всего. Его объятие, поцелуй… эти слова. Это был не просто утренний флирт. Это было что-то большее. Что-то, чего я боялась, но жаждала.
Я посмотрела на своё отражение в зеркале. Щёки горели, губы всё ещё помнили его вкус. Его прикосновение. Взгляд, от которого я всегда теряла опору. «Что ты делаешь, Эмма?» — прошептала я себе. Но ответа не было. Или он был, но я боялась его услышать.
Я переоделась, собрала волосы и задержалась у окна. Улицы постепенно оживали, день начинался, обычный, но внутри меня всё гремело как гроза. Я жила у него. Я спала в его доме. Я готовила ему завтрак. Это казалось сюрреалистичным — как сцена из чужой жизни, которую я неожиданно украла себе.
Он постучал — один раз, тихо, как бы давая понять: «Я рядом, но не тороплю».
— Готова?
— Почти, — откликнулась я, открывая дверь.
Он стоял, опершись плечом о косяк, в тёмной футболке и с мокрыми волосами, которые всё ещё не хотели лежать ровно. Взгляд — мягкий, но внимательный.
— Ты прекрасна, — сказал он тихо.
Я смутилась.
— Лиам… не начинай.
— Поздно. Я уже начал.
Я закатила глаза, проходя мимо него, но не удержалась — слегка задела его рукой, почти наощупь, как будто убеждалась, что он — настоящий.
В машине он молчал, но не потому что злился или был рассеян. Нет. Внутри него, казалось, шёл какой-то процесс. Пульсирующий, глубокий. Иногда он сжимал руль слишком сильно. Иногда взгляд становился тяжёлым.
— Лиам, ты не хочешь рассказать мне, что было ночью? — спросила я тихо.
Он посмотрел на меня боковым зрением, потом снова на дорогу.
— Один из складов сгорел. Поджог.
Я напряглась.
— Это из-за… того человека?
— Да. — Он не стал уходить от ответа. — Это предупреждение. Он показывает, что может добраться до меня. До бизнеса. До… — Он не договорил.
— До меня?
Он сжал губы.
— Пока нет. Но если это произойдёт — я уничтожу его.
В голосе не было эмоций. Только ледяная решимость.
Я посмотрела в окно. Всё внутри меня замерло. Он говорил это спокойно, но я чувствовала, как внутри него буря. Эта тишина — грозовая. Он не играл. Не преувеличивал. Это был его мир. Мир, от которого он, возможно, хотел уйти. Но который не собирался отпускать его.
Мы доехали до офиса. Сотрудники уже входили, кто с кофе, кто с папками, кто со спешкой в глазах. А я вышла из машины и, на секунду задержавшись, посмотрела на него.
— Лиам.
Он обернулся.
— Я не боюсь тебя.
Он прищурился, словно не поверил.
— Может, и зря.
— Нет. Я чувствую. В тебе — тьма, да. Но рядом с тобой мне безопаснее, чем где бы то ни было.
Он ничего не ответил. Только вздохнул. И коротко кивнул. А потом подошёл, провёл пальцами по моей щеке и сказал:
— Если когда-нибудь тебе станет страшно — просто скажи. Я исчезну.
Я качнула головой.
— Не исчезай. Ни за что.
---
Офис встретил нас лёгким гулом голосов и деловых шагов. Мия мелькнула в коридоре и быстро отвела глаза. Джеймс приостановился у моего кабинета, кивая с улыбкой.
— Доброе утро, Эмма. Рад, что вы снова с нами.
Я кивнула, стараясь держать нейтралитет. После последнего разговора с ним всё изменилось. Он видел, как я уехала с Лиамом. Знал, что между нами что-то есть. И уже не смотрел так, как раньше.
Лиам задержался в приёмной, переговариваясь с Марком. Я проскользнула к себе, села за стол и выдохнула.
Но долго спокойно посидеть не удалось — через несколько минут в кабинет заглянула Марта.
— У нас сегодня экстренная планёрка. Лиам хочет всех в зале через десять минут.
— Что-то случилось?
— Думаю, ты и сама понимаешь, что. — Она взглянула на меня с тем вниманием, которое всегда сопровождает недосказанность. — Береги его, Эмма. Он слишком долго был один.
Слова задели. Прямо в сердце.
---
На планёрке он был другим. Жёстким, сосредоточенным. Голос — уверенный, каждое слово — как приказ. Он не упоминал пожар, но говорил о безопасности, о реорганизации, о новой системе доступа и тревожных протоколах. Люди переглядывались, но вопросов никто не задавал. Они привыкли: если Лиам что-то решил — значит, будет так.