Мы стояли друг напротив друга — всего лишь пара шагов разделяли нас, но напряжение между нами было ощутимым, почти осязаемым. Я видел, как тяжело она дышит, как прикусывает нижнюю губу, не зная, с чего начать. Или, наоборот, зная слишком хорошо.
Я подошёл вплотную, не торопясь. Коснулся её руки — она не отдёрнулась. Наоборот, положила ладонь мне на грудь, будто проверяя, насколько быстро стучит моё сердце.
— Я думал, что потеряю тебя, — признался я хрипло, чуть склонившись, чтобы наши лбы соприкоснулись.
— Но не потерял, — прошептала она. — Я здесь.
Это «я здесь» будто ударило в солнечное сплетение. Простое, но такое важное. Настоящее.
Я обхватил её лицо ладонями и поцеловал снова. На этот раз поцелуй был другим. Глубже. Смелее. В нём не было спешки — только нарастающая страсть и жажда близости.
Моя рубашка оказалась расстёгнутой — даже не понял, когда. Её пальцы скользнули по моей коже, медленно, осторожно, будто исследуя каждый сантиметр. Я застонал, прижимая её к себе крепче. Она откинулась назад, позволяя мне добраться до её шеи, ключиц, дыхание у неё стало неровным, прерывистым.
— Лиам… — выдохнула она, когда мои губы нашли тонкую кожу за ухом.
Я поднял её — она обвила меня ногами, и я опустил её на стол. Бумаги сдвинулись в сторону, но мне было всё равно. Сейчас был только момент, только она — сидящая на моём столе, раскрасневшаяся, растрёпанная, с таким взглядом, который сводил меня с ума.
Я целовал её шею, плечи, расстёгивая пуговицы её блузки. Пальцы дрожали, но не от страха — от того, насколько сильно я этого хотел. Насколько давно сдерживал себя.
Она помогла мне, сбрасывая ткань, тянулась ко мне, шептала что-то едва слышное — моё имя, просьбы, стоны.
В кабинете было тихо, только наше дыхание, шелест ткани и шорох её пальцев по моей спине.
Каждое её движение, каждый взгляд, каждый поцелуй — были искренними. Без масок. Без защиты. Просто мы — наконец-то честные, открытые, нуждающиеся друг в друге.
Я замер на секунду, смотря ей в глаза.
— Уверена? Она улыбнулась сквозь дыхание, сбившееся от возбуждения и близости. Провела пальцами по моей щеке, по линии подбородка — медленно, нежно, будто запоминала прикосновение.
— Уверена? — повторил я, голос осип от желания, но и сдержанности.
— Да, — прошептала она, сжимая мои плечи. — Но… — она чуть замялась, потом взглянула на меня снизу вверх, — …давай поедем домой.
Я моргнул, едва уловив её смысл. Она мягко подтолкнула меня ладонями:
— Я хочу, чтобы это было… не среди бумаг и стёкол, — она чуть усмехнулась, поправив сползшую бретельку. — Хочу, чтобы мы не прятались от стен и секретарей. Хочу нас — по-настоящему.
Мои губы растянулись в медленной, одобрительной улыбке.
— Поехали.
Она соскользнула со стола, поправляя одежду, пока я быстро застегивал рубашку, ни на секунду не отрывая от неё взгляда. Эта женщина сжигала меня даже, когда просто поправляла волосы. Когда чуть сжимала губы в попытке выглядеть собранной.
Мы вышли из кабинета молча. Наши пальцы на секунду переплелись в коридоре, где царила тишина, лишь туфли Эммы негромко постукивали по полу. В лифте я притянул её ближе, прижав к себе. Сдерживал себя из последних сил — знал, что если начну целовать её здесь, то забуду, где мы.