— Это ничто. Ты важнее. Ты и наш малыш.
Я прильнула к его груди, слушая, как бьётся его сердце. Такое родное. Такое любимое. Я не отпущу его. Никогда.
Как только мы переступили порог дома, я почувствовала, как всё напряжение и страх, накопленные за последние часы, словно обрушились на меня. Ноги подкашивались, в висках пульсировало, но я упрямо держалась, потому что Лиам был рядом. Он держал меня за руку — крепко, будто боялся снова потерять.
Дом показался особенно тёплым и живым после той промозглой тьмы, из которой он меня вытащил.
— Садись, — тихо сказал он, ведя меня в гостиную и укрывая пледом. — Я сейчас принесу воды.
Я кивнула и наблюдала, как он уходит на кухню, всё ещё хромая и прижимая раненое плечо. Моя грудь сжалась. Он пострадал из-за меня. Из-за того, что я, как дура, решила сделать сюрприз.
Когда он вернулся и опустился рядом, я сразу же положила ладонь на его грудь:
— Лиам, милый… пожалуйста, вызови врача. Тебе нужен доктор. Ты весь в крови.
Он посмотрел на меня с мягкой, почти нежной упрямостью.
— Нет. Сначала ты. Ты была в запертой комнате, ты на грани истощения, и… ты беременна, Эмма.
— Я в порядке, правда, — прошептала я, гладя его по щеке. — А вот ты… у тебя прострелено плечо, ты даже не знаешь, насколько это серьёзно. Прошу. Позвони врачу.
Он медлил. Его взгляд блуждал по моему лицу, словно он сомневался — можно ли оставить меня хоть на минуту.
Я улыбнулась, пытаясь его успокоить.
— Я просто пойду в душ. Тёплая вода — вот что мне нужно. А ты… ты пока позвони врачу. Ладно?
Он выдохнул и наклонился ко мне, коснувшись лбом моего.
— Обещай, что не упадёшь в ванной.
— Обещаю, — сказала я, чуть улыбнувшись.
Он приподнялся и вытащил телефон из кармана.
— Только быстро. Если тебя не будет через десять минут — я врываюсь в ванную, — пробормотал он, уже набирая номер.
— Тогда мне точно станет легче, — пошутила я слабо, вставая и направляясь к лестнице, чувствуя на себе его взгляд, тёплый и тревожный.
И всё, что я чувствовала внутри — это любовь. Чистая, крепкая, настоящая.
Я успела принять быстрый, но такой нужный душ. Горячая вода стекала по коже, словно смывая всё напряжение, ужас, грязь, запах страха. Я смотрела в зеркало и видела в отражении уже не ту девушку, что выходила сегодня утром за покупками. Уставшую, потрясённую, но живую. Всё было бы по-другому, если бы не Лиам.
Когда я вышла из ванной, закутавшись в мягкий халат, внизу уже слышались голоса. Один — низкий и знакомый, принадлежал Лиаму. Второй — чужой, спокойный, профессиональный. Врач.
Я спустилась по лестнице, придерживаясь за перила, и увидела, как мужчина средних лет с медицинским чемоданчиком осматривает Лиама. Тот сидел на краю дивана с закатанным рукавом, рана на плече была аккуратно промыта и уже обрабатывалась.
— А вот и вы, миссис Андерсон, — тепло сказал доктор, подняв на меня взгляд. — Рад видеть, что с вами всё в порядке. Наслышан о сегодняшних событиях… Надеюсь, вы позволите мне тоже вас осмотреть.
— Конечно, — кивнула я, подходя ближе и переводя взгляд на Лиама. Он тоже посмотрел на меня — и его глаза в этот момент светились только одним: облегчением.
— Как он? — спросила я тихо.
— Пуля прошла сквозь мягкие ткани, задела мышцу, но не кость, — сказал врач. — Шанс, что останется шрам — да. Но, зная вашего мужа, думаю, он и из шрама сделает трофей.
Лиам усмехнулся, но в глазах мелькнула боль, когда доктор снова приложил бинт.
— А теперь — вы, — сказал врач, вставая. — Давайте присядем. Мне нужно проверить ваше общее состояние, артериальное давление и, если вы не против… беременность. Лиам упомянул.
Я села, слегка дрожа. Сама мысль, что внутри меня — новая жизнь, и что всё могло закончиться иначе… заставляла сердце колотиться быстрее. Пока врач осматривал меня, Лиам держал мою руку.
— Давление немного понижено, — произнёс врач, — но в целом вы в порядке. Главное — покой, полноценное питание и никаких стрессов.
Он посмотрел на нас обоих с серьёзным выражением.
— Вам обоим следует отдохнуть. И, пожалуйста… берегите себя. Особенно теперь.
Когда врач ушёл, Лиам притянул меня к себе и прошептал:
— Ты слышала? Всё хорошо. Наш малыш в порядке. Ты в порядке.
Я уткнулась носом в его шею и прошептала:
— Спасибо, что спас меня. Спасибо, что не дал мне исчезнуть. Я люблю тебя, Лиам.
Он поцеловал меня в лоб, крепко прижимая к себе:
— Я бы пожёг весь этот чёртов город, лишь бы вернуть тебя.
После того как врач ушёл, в доме воцарилась та самая тишина, которую я снова научилась любить. Никаких сирен, криков, страха. Только звук закрывающейся двери и лёгкие шаги Лиама, возвращающегося ко мне из холла. Он выглядел уставшим, но всё равно таким родным, сильным, любимым.