Но теперь она была рядом. Со мной. И внутри неё — новая жизнь.
Врач принял нас сразу. Эмма легла на кушетку, и я сел рядом, сжав её ладонь. Когда на экране появилось чёрно-белое изображение, я затаил дыхание.
— Вот он, — сказал врач с улыбкой. — Всё хорошо. Ребёнок развивается согласно сроку. Сердечко бьётся ровно. Видите?
Я смотрел на это крошечное сердечко, мигающее на экране, и чувствовал, как сжимается горло.
— Это наш ребёнок… — выдохнул я почти неслышно. Эмма тоже смотрела, прижав губы, и я видел, как в её глазах выступили слёзы.
Врач немного покрутил датчик, сделал снимки и распечатал изображения.
— Можно задать один вопрос? — спросил я, стараясь звучать максимально серьёзно. Эмма повернулась ко мне, удивлённая.
— Да? — отозвался доктор.
— Мы с женой… довольно близки. — Я заметил, как Эмма мгновенно напряглась, а щеки её вспыхнули. — Это безопасно? Я имею в виду… для неё. И ребёнка.
Доктор чуть усмехнулся, но ответил спокойно:
— Если беременность протекает нормально — а у Эммы всё именно так — то интимная жизнь не запрещена. Конечно, без чрезмерного усердия, особенно в первом триместре. Всё должно быть мягко и с учётом её самочувствия.
Я кивнул, удовлетворённый, а Эмма прикрыла лицо рукой.
— Лиам, — прошептала она сквозь пальцы. — Ты с ума сошёл.
Я наклонился ближе и прошептал:
— Что? Я просто беспокоюсь о тебе. Хочу быть уверенным, что делаю всё правильно. И… не обделяю тебя вниманием, девочка моя.
Она покраснела ещё сильнее, и я просто не смог удержаться — поцеловал её в висок, сдерживая улыбку.
Этот день начинался идеально.
Мы ехали домой с приёма у врача, и на лице Эммы сияла улыбка. Слышать, что с малышом всё в порядке, видеть, как её глаза блестят, — это было лучшее, что могло случиться со мной за последние недели. Я держал её за руку, пока в другой сжимал руль.
Когда она нежно повернулась ко мне, я знал, что она что-то почувствовала.
— Ты куда-то должен поехать? — спросила она, изучая мой профиль.
Я выдохнул.
— Да, милая. Есть дела.
— Это из-за Гринча? — в её голосе не было страха, только обеспокоенность.
Я повернулся к ней и мягко сжал её ладонь.
— Не думай об этом, Эмма. Я всё решу. Ты под надёжной охраной. Вечером тебя ждёт сюрприз.
Она попыталась улыбнуться, но я заметил её волнение. Когда мы вернулись домой, я поцеловал её в лоб, оставил охрану у дверей и позвонил Дэну.
— Ты увёз его?
— Да, мы готовы, — ответил Дэн коротко.
— Я скоро буду.
Я выехал за город. Узкая дорога привела к лесной зоне, где уже ждали Дэн и Адамо. Они стояли у джипа, а чуть поодаль — Гринч, в наручниках, под присмотром вооружённой охраны.
Я вышел из машины. Моё лицо было холодным, твёрдым. Сердце грохотало в груди, но я держал себя в руках. Подошёл ближе, встретился с его взглядом.
— Ну что, жалеешь, что не на того напал?
Он фыркнул, но во взгляде уже не было той самоуверенности, что раньше. Только усталость и страх.
— Ты думал, ты сможешь безнаказанно тронуть мою жену? Ты ошибся, — я сделал шаг ближе, почти нависая над ним. — Это был твой последний шаг в этой игре.
Я взял пистолет и стрельнул ему прямо в сердце.
Обернулся к Дэну.
—Дэн разберись.
Дэн кивнул.
Я взглянул на Гринча в последний раз.
Развернулся и ушёл, не оглядываясь.
Сегодня вечером я вернусь к Эмме. К своей семье. И ничто больше не посмеет приблизиться к ней.
Глава 36
Эмма
Я сидела в гостиной, когда услышала, как открылась входная дверь. Сердце радостно дрогнуло — он вернулся. Я сразу поднялась, и, как только он вошёл, бросилась ему на встречу.
— Ты дома… — прошептала я, прижимаясь к нему. — Всё хорошо?
Он кивнул, обнял меня крепко-крепко, будто тоже ждал этой минуты. Его пальцы гладили мои волосы.
— Всё хорошо, милая. Всё позади, — сказал он тихо, с каким-то особенным тоном в голосе.
Когда мы чуть отстранились, я улыбнулась и игриво наклонила голову:
— Ну? А как же сюрприз?
Он вдруг загадочно усмехнулся, взял меня за руку и сказал:
— Идём. Одевайся. У нас вечер для двоих.
Я ничего не спрашивала — просто кивнула и, чувствуя лёгкое волнение, поднялась наверх. Я надела нежное платье, которое Лиам особенно любил, и когда спустилась, он уже ждал у машины, с галантной улыбкой и взглядом, от которого у меня перехватило дыхание.
По дороге он не раскрывал карты. Только держал мою руку, иногда смотрел на меня с той самой глубокой, почти обжигающей теплотой, от которой я каждый раз таяла.
Когда мы приехали, я поняла, что он выбрал тот самый ресторан у воды — тот, где всегда играет живая музыка, горят мягкие огни и пахнет лавандой и лимоном. Мы сели за столик на веранде, прямо под звёздным небом. Яркие фонарики вокруг озаряли вечер лёгким золотом, и всё выглядело как в сказке.