До моего дома, если ехать на машине, было не так чтобы далеко. Но этот путь показался мне долгим. Время тянулось, словно издеваясь. Хотя, вокруг было мало машин, и мужчина мог разогнать свою иномарку, он не стал этого делать. Ну, надо же… Городцов в самом деле соблюдал правила дорожного движения. Что было необычно, учитывая, как у нас в стране вообще водят.
- Прекращай на меня смотреть, - внезапно сказал мужчина и бросил на меня хмурый взгляд.
Я почувствовала, как щеки заливает румянец смущения. И в самом деле, с чего бы мне на него смотреть? Взгляд просто случайно съехал с дороги на водителя. А это было связано с тем, что мои мысли потекли не в том русле, в котором хотелось бы. Мне нужно было думать о работе, о близких… А вместо этого я сижу в чужой машине и думаю о том, каким правильным оказался мой новый начальник. По крайней мере в том, что касалось ПДД.
Разговаривать с ним не было ни малейшего желания, что оказалось взаимно. Просто находиться в давящей тишине не хотелось. Поэтому я и пыталась начать разговор. Как оказалось, дело это было неблагодарное. Но на что я рассчитывала? На то, что в обычной жизни, когда он не на работе, то ведет себя более мягко и уважительно по отношению к другим? Разумеется, нет.
- Приехали, - вырвал меня из размышлений голос мужчины.
Сначала вообще не поняла, о чем он. Только через пару секунд до меня дошел смысл сказанных им слов. Отстегнув ремень безопасности, поспешно попрощалась и выскочила из машины. Облегчения и радости от того, что этот, как оказалось, долгий путь завершился, не испытала. Потому как спиной чувствовала тяжелый взгляд мужчины. Он, вероятно, не ожидал, что его сотрудник может жить в таком не очень-то приметном месте. Все-таки зарплата была неплохой. Только вот… мне ее все равно не хватало. Почему? Все очень просто и сложно одновременно.
Я вошла в обшарпанный подъезд, в котором, казалось, ремонт вообще никогда не делали. В нос сразу ударил тяжелый запах кошек. Характерный и резкий. Быстро поднявшись на второй этаж, стала открывать дверь в квартиру. Ключ уже привычно не хотел входить в замочную скважину. А когда все-таки там оказался, с трудом, с противным скрипом, прокрутился. И как только я открыла дверь, слух тут же уловил незнакомые голоса, доносящиеся с кухни, и звон. Так один стакан с силой ударялся об другой.
- О-о-о-о-о-о, слышь, Людка, кажись твоя пришла, - пробасили сразу, как только я прикрыла за собой дверь. – Проспонсирует наш отдых.
- Лилька-а-а-а! – сразу позвала мать.
Захотелось натянуть ботинки обратно на ноги и выбежать из дома. Я специально задержалась на работе, чтобы переждать этот момент. Прийти, когда мать уже будет в полусонном состоянии. Но, увы, сегодня мне снова не повезло.
- Она тебя не слышит, Людок, - рассмеялись на кухне. Голос был женским, но настолько пропитым, что можно было спутать и с мужским. – Позови громче. У меня пусто в стакане. И бутылки почти все опустели. А Генка так и не заявился с новой дозой. Так и сдохнуть можно.
По спине побежали мурашки. Наивно было полагать, что мою мать не коснулись наркотики. Последние пару лет она вообще не просыхает. А ее компания, с которой она проводила как вечера, так и дни, была не из тех, где будут вести светские беседы. Ну, или обсуждать соседей, перемалывая всем косточки и распуская сплетни. Мою мать, как и ее «друзей» волновало только одно – поскорее дойти до той грани, за которой наступает забытье.
- Лилька-а-а-а-а! – снова закричала мать, только теперь громче.
Поспешно стянув с себя куртку, сунула ноги в старые тапочки и, шаркая ими (потому что они так и норовили слететь с ног), направилась на кухню. Прятаться в своей небольшой комнатушке смысла не было. Все равно достанут. Поэтому лучшим было просто спокойно пойти и выслушать. Им всегда нужно было от меня только одно – деньги. Ну, и еще они гоняли меня в магазин, когда у них не было сил вылезти из-за стола.
Зайдя в небольшое прокуренное помещение, в котором катастрофически не хватало сейчас как места, так и воздуха, я сразу нашла свою мать. Она стояла у приоткрытого окна с сигаретой в руках. Лицо помятое, волосы растрепанные, цветастый старый халат съехал с одного плеча.
- И где тебя черти носят?! – выкрикнула она заплетающимся языком. Стояла она не твердо. Ее сильно шатало. Значит, они уже давно сидят.