Потом, после долгого и не очень приятного разговора, снова пришлось организовывать планерку. Мне было важно знать, что думают сотрудники журнала. Какие мысли витают в их головах. И что, черт побери, они собираются предложить мне для нового выпуска журнала.
Как оказалось чуть позже, предложить им было нечего. Вялые предложения я отметал тут же, не собираясь дослушивать до конца. Василькову же снова посадил на место ответственного за составление протокола. Опыт у нее уже имелся. Надеюсь, сегодня не придется снова по двадцать раз объяснять ей, как этот самый протокол составляется и что важно в него включить.
Девчонка боялась смотреть на меня прямо. Но я время от времени ловил на себе ее настороженный взгляд. Признаться, я думал, что после того, как она переночует в моем доме, ее стеснение будет не таким ярко выраженным. На деле же оказалось совсем наоборот.
— Все свободны, — наконец, сказал, когда темы обсуждений иссякли и по факту я почти ничего не получил. Значит, придется полагаться в этом деле только на себя. — Василькова, — обратился к девушке, когда она уже поднялась со своего места и стала собираться на выход, — на составление протокола даю вам час. Надеюсь, за это время вы успеет.
— Да, Сергей Андреевич, — кивнув головой, пробормотала. — Все будет готово.
И почему я в этом уже сомневаюсь? Наверное, это связано с тем, что Василькову всегда преследуют неприятности. И вполне может оказаться и так, что компьютер в самый ответственный момент прикажет долго жить. В этом я почти не сомневался. Понял уже, что девчонка ходячая катастрофа.
И, как ни странно, хотелось ее уберечь от неприятностей. Она и на ровном месте могла свернуть себе шею. Чего уж говорить о протоколе заседания…
Лилия
Признаться, за сам протокол я переживала меньше, чем за то, что мне снова придется посетить кабинет своего нового босса. Потому что после планерки с нами его настроение снова упало ниже некуда. А все из-за Изольды Васильевны, которая опоздала на совещание ровно на пять минут. А потом еще и озвучила несколько, как ей казалось, блестящих идей, которые помогли бы нашей кампании занять почетное первое место в рейтинге журналов. И я, если честно, на каком-то этапе, всего на минуту почувствовала, чего все-таки от нас хочет Сергей Андреевич. Именно почувствовала, потому как это произошло абсолютно неосознанно. Да и через минуту я уже не смогла ухватить за хвост пролетевшее мимо меня странное ощущение правоты начальства. Это все равно, что яркая вспышка, которая молниеносно потухла, оставив вокруг себя непроглядную тьму.
Что сказать, за час я все же умудрилась сваять протокол нашего скромного заседания. Само собой, уже готовилась к жесткой критике со стороны Городцова. Он не мог иначе. А я еще не успела привыкнуть к его требованиям. Тут либо постоянно выслушивать его претензии, либо лезть вон из кожи, чтобы максимально угодить этому человеку. В любом случае меня ожидают «веселые» трудовые будни. Еще и домой надо как-то вернуться. Не могу же я вечно ночевать в квартире у своего нового босса?
Последняя мысль заставила вздрогнуть всем телом. И это не укрылось от моих коллег по работе. Не знаю, чего там себе напридумывала Марина, но вот мысли Александра явно ушли не в то русло.
— Лилька, ну, ты чего? — достаточно громко, чтобы услышали абсолютно все, продекламировал он. — Как не родная, честное слово. Чего у тебя там такое, что ты совершенно не заметила моего появления?
Ну и как на него сердиться? Нет, желание взять в руки готовый протокол заседания и треснуть наглеца по голове у меня все-таки появилось. Но если только в шутку, по-дружески. К сожалению, я не могла себе этого позволить на работе. Да и вообще… Мало ли, что он обо мне подумает? Решит еще, что начала клеиться за неимением постоянных, крепких отношений. А мне оно надо?
— Саш, у меня тут клавиатура горит, и стол плавится, — состроив недовольную физиономию, ответила я. Откровенничать с таким, как он, не собиралась. Опасно для жизни. — А еще мне сейчас выслушивать тонну критики в свой адрес. Так что мне не до твоих шуток, понимаешь?
Старалась говорить с ним спокойно, как с простым парнем, которому чужды деловой этикет и уважительный стиль общения. Хотя, не сомневаюсь, Морозов умел вести себя нормально. Только в большинстве случаев не хотел этого делать.
— Крошка, я не хочу, чтобы ты тут из-за меня страдала, — обиженно протянул Саша, но тут же хитро мне подмигнул. — Только совсем чуть-чуть. Иначе наши отношения станут скучными и обыденными.