Как мне пройти через это? Мне и так больно за нее, а она проработала здесь всего полдня.
— И?
Она выпрямляется на стуле, вытирая ладони о юбку.
— Ну да. Так вот, я хотела спросить, могу ли поговорить с вами о личной ситуации, которая у меня возникла?
Это причина, по которой она приняла предложение. Все, что Дженни собирается рассказать, является тем, из-за чего она, должно быть, борется с собой, решаясь на эту работу. Именно поэтому она терпит все то дерьмо, которое я ей впариваю. Слегка наклоняюсь к ней и останавливаюсь. Если бы меня волновали ее проблемы, я бы эмоционально вложился в нее. А это точно приведет к катастрофе.
— Вы просите особого обращения, мисс Джексон? В свой первый день?
Беспомощный взгляд ее голубых глаз глубоко ранит меня. Достаточно сильно, чтобы оставить шрам.
— Нет, нет, не прошу. Я не должна была тратить ваше время на это. — Она поднимается со своего места. Ни сарказма, ни оскорблений, ни ответных уколов в ее хрупком состоянии.
Это уже слишком даже для меня. Дженни поворачивается к двери так, что оказывается ко мне спиной, и я не могу видеть ее лица. Никак не могу так некрасиво поступить с ней в ее первый день и позволить ей покинуть мой офис в таком состоянии. В то время, как я могу поступить так с любым другим сотрудником, и это разъедает мои убеждения. Но, если она сделает еще один шаг к двери, чувство вины, пронизывающее мое тело, сожжет меня.
— Это серьезно? — я слышу в своем голосе то, чего не слышал уже давно. Беспокойство.
Дженни замирает на месте. Одна из ее рук поднимается к лицу; насколько я могу видеть, она прикрывает рот, кивая и дрожа всем телом. Если я заставлю Дженни Джексон плакать в ее первый день, то не смогу простить себя. Слава Богу, я знаю, что она слишком сильная и гордая, чтобы позволить мне увидеть это.
— Сядьте обратно и скажите мне, что вам нужно.
Она на мгновение задумывается, но берет себя в руки. Я слышу сильный выдох, перед тем как она оборачивается. Ее глаза слегка припухшие, но в остальном она выглядит так же, как и тогда, когда вошла в комнату. Должно быть, ей нелегко. Умные, интеллигентные, достойные женщины вроде нее не просят об одолжениях, не отступают и не ломаются. Дженни Джексон выглядит так, словно стоит на грани срыва.
Она садится обратно на стул, в каждом ее движении чувствуется оговорка.
— Скажи мне, что тебе нужно.
Она отворачивается, а я хочу, чтобы она смотрела на меня. Не для того, чтобы видеть ее боль, а потому что хочу, чтобы она знала, что где-то глубоко внутри мне не все равно. И, если я покажу ей хотя бы крошечный проблеск, она может ненавидеть меня чуть меньше.
— Дженни. — Ее взгляд возвращается, согревая меня, как камин зимой. Кажется, это первый раз, когда я называл ее по имени. — Я не неразумен. — Протягиваю руки к договорам, разбросанным по моему столу. — Просто у меня много работы, и она утомительна. — Не извиняйся перед ней, Итан. — Прости за мою первоначальную реакцию. Просто скажи мне, что тебе нужно, пожалуйста. — Прости? Пожалуйста? Ты киска.
Она слабо улыбается, но улыбка исчезает так же быстро, как и появляется. В этот момент ничто не может быть более невыносимым, чем незнание того, что творится у нее в голове.
— Это мой отец. Он болен. Уже давно. — Она снова переводит взгляд на стену, разглядывая мои фотографии с разными профессиональными спортсменами.
— Продолжай. — Я наклоняюсь к ней, и вся моя работа за день, да и вообще все на свете, улетучивается вдаль.
— Ну, он — все, что у меня есть на самом деле. Я за ним ухаживаю. Мой друг мне очень помогает и облегчает работу. Но в самые плохие дни мне нужно быть рядом с ним.
Отлично. Я должен позволить ей выйти за дверь, но не могу. Компания не делает подобных исключений, даже для сотрудников, проработавших в ней дольше, чем она. Мне нужны люди, когда они мне нужны. Я плачу сотрудникам зарплату в два раза выше средней и обеспечиваю их льготами, потому что мне нужны лучшие. Я хочу, чтобы они были доступны мне в любое время. Конечно, я много работаю, и они получают вознаграждение за свой труд. Во всяком случае, так я себе говорю.
Жизнь случается со всеми, а не только с Дженни Джексон, с ее идеальной улыбкой, красивыми глазами и острым умом. Что случится, если другие люди увидят, что она рано уходит или не приходит на работу? Они начнут говорить между собой. Они узнают, что я неравнодушен к ней. Это сможет привести к остановке работы. Как бы я ни переживал за нее, я не могу этого допустить.