Проходит двадцать секунд, прежде чем я понимаю, что затаил дыхание в ожидании ответа.
Дженни: Договорились.
Я: Так что ты надела?
Дженни: Увидимся в понедельник:)
Чертов смайл!
Отбросив телефон на другой конец дивана, смотрю на контракты. Когда я наклоняюсь, чтобы получше рассмотреть их, все еще твердый член упирается мне в живот, и я стону. Откидываюсь назад и смотрю вниз, на то, как он натягивает мои шорты. Все, что я вижу, — это глаза Дженни, когда она глубоко втягивает меня в свое горло.
Блядь!
Как я могу думать о чем-то еще, кроме нее? Я делаю то, что сделал бы любой возбужденный ублюдок. Откидываюсь назад, сжимая в кулаке свой член и представляю, как Дженни смотрит на меня, когда я засовываю свой член ей в рот.
После двух ударов, когда она смотрит на меня с колен, мои яйца уже напряжены. Заткнув ей рот членом, я завелся не меньше, чем, когда она сыпала оскорблениями на меня. Смотрю вниз, на то место, где должно быть ее лицо, представляя, как мои руки сжимают ее волосы, пока она принимает меня в горло.
По моему стволу ползет струйка, пытаюсь сдержать ее всеми силами, чтобы хоть на секунду представить, как Дженни Джексон отсасывает мне и смотрит в лицо, пока я кончаю ей в рот. Стону и отпускаю себя, поддавшись сильному напору.
Через пять секунд у меня на животе липкое чертово месиво.
Глава 9
Дженни Джексон
— Я просто не знаю. Он заставил ее плакать. На глазах у всех. Мне было так обидно за нее.
Моя бутылка пива падает на картонный хостер, из-за чего стол в пабе слегка пошатывается.
Келси смотрит в ответ, широко раскрыв глаза, и улыбка медленно появляется на её губах.
— Он прижал тебя к стене? — она качает головой. — Я же говорила тебе.
Смущение заливает щеки, и я отвожу взгляд. В пригороде, где мы живем, есть ирландский спортивный паб-бар «У Донахью». Здесь тихо и спокойно, как я и люблю. Вдоль стен висят телевизоры с плоским экраном, на каждом из которых показывают различные бейсбольные матчи. Также возле стены располагается Г-образная барная стойка с десятками бутылок спиртного на полках за ней. По периметру находятся кабинки с беспорядочными вывесками с названиями напитков и спортивными сувенирами, развешанными над ними. Здесь мы с папой всегда смотрели матчи, пока он больше не смог выходить из дома. Но это похоже на продолжение дома.
Я наклоняюсь и понижаю голос.
— Я не хочу сказать, что это не был самый лучший сексуальный опыт в моей жизни…
— Здесь есть «но». Сейчас не должно быть никаких «но». — Улыбка Келси меняется на безучастное выражение лица.
— Но. — Оскаливаюсь я полушутя. — Это плохая идея.
— Если трахаться у стены с горячим наглым миллионером — плохая идея, — она делает паузу и насмешливо качает головой, — то я не хочу иметь никаких хороших идей.
Я начинаю говорить, но Келси прерывает меня.
— Никогда. Все плохие идеи — мои. Я хочу их все. — Она смеется, ничуть не понижая голос. Смех эхом отражается от стен и привлекает взгляды в нашу сторону.
Я краснею.
— Может, потише?
Она смотрит на меня в упор.
— Понятно. Слушай, ему не нужно, чтобы кто-то подпитывал его эго. Уступи ему, и это запустит его в облака.
Келси скрещивает руки на груди, и слова «Led Zeppelin» сжимаются. Роберт Плант гордился бы ею.
— Я хочу сказать, что, если ты не будешь использовать свою вагину, она сама закроется. Это может случиться. Это наука. — Ее бесстрастная речь заставляет меня выдохнуть пиво через нос. Отмахиваюсь от ее шутки, небрежно махая рукой.
— Почему я зависаю с тобой?
— Потому что я крутая, да! — она подносит к губам стакан со скотчем. Я никогда не видела, чтобы она пила что-то другое. Для такого причудливого и эклектичного человека Келси в основном является существом привычки.
— Я не дам ему того, что он хочет. — Качаю головой. — Хотя ему нужно усвоить урок.
Она приподнимает бровь.
— Это тоже интересно. Продолжай.
Достаю свой телефон. Он не молодежный. Я знаю это. Но ничего не могу с собой поделать. Пиво номер четыре придает мне достаточно смелости, чтобы немного пошутить с Итаном Мейсоном.
Я: Привет.
Немедленная реакция.
Итан: Не ожидал услышать тебя сегодня.
Постукиваю себя по подбородку, пока Келси умоляет рассказать все по порядку. Она пододвигает свой барный стул, и мы хихикаем, как школьницы в кафетерии. Это не я. Это не она. Но нам весело. Как часто доводится трахаться с таким парнем, как Итан?