Я возвращаюсь к своему столу, заставляя себя просмотреть несколько писем, чтобы отвлечься от новой сотрудницы. Я работал над созданием своего агентства, и будь проклят, если мой член испортит всю эту тяжелую работу. Такие истории случаются постоянно. Какой-нибудь парень строит огромную империю, потом влюбляется в сотрудницу, и все рушится. Именно поэтому я управляю своим дерьмом без права на ошибку. От каждого сотрудника требуется совершенство, и в ответ они получают вознаграждение.
Я просматриваю все письма, мой менеджер по персоналу уже отправил первое письмо Дженни, поэтому мой почтовый ящик заполнен кучей сообщений «ответить всем», приветствующих Дженни на борту. Куда бы я ни смотрел, везде Дженни, Дженни, Дженни — от нее никуда не деться. Мой мозг работает на полную катушку, и мысли о Дженни подпитывают его. Почему она согласилась на эту работу? Я ей явно не нравлюсь. Чем она руководствуется?
Тодд стучит в мою дверь и входит внутрь.
— У меня есть контракты, которые вы должны просмотреть. — Он кладет их на мой рабочий стол.
— Спасибо. — Я даже не смотрю на него, хотя рад, что наконец-то есть что-то, что может отвлечь от прекрасной женщины. Дженни пленила меня с того момента, как я впервые увидел ее на тротуаре. Остаток дня я провожу за чтением юридической литературы — верный способ удержать свой член от попыток прорваться сквозь брюки.
Проходит несколько часов, и бумаги уже разбросаны по моему столу. Пальцы крепко сжаты вокруг неоново-желтого маркера, которым я постукиваю по лбу. Несмотря на то, что я всегда проверяю эти контракты несколькими парами глаз, спортивные команды все равно пытаются протащить в них всякую ерунду.
Поднимаю телефон, чтобы обрушить на генерального менеджера бейсбольной команды несколько словесных оскорблений, когда легкий стук в дверь отвлекает меня от бури дерьма, бушующей внутри черепа.
— Входи. — Я не поднимаю глаз от своего стола.
— Простите за беспокойство, мистер Мейсон. Я хотела спросить, могу ли поговорить с вами?
Это она.
Дженни.
Черт.
Дыши.
Как она может меня разгадать? Я пропускаю так несколько ударов сердца, прежде чем поднимаю на нее глаза. Это первый раз, когда она не выглядит так, будто хочет выцарапать мне глаза. Мне приходится напомнить себе, что это мой бизнес, а не бар в пятницу вечером.
— Чем я могу вам помочь, мисс Джексон? — мой взгляд возвращается к контрактам на столе. Уверен, это прозвучало холодно, но так и должно быть. Если я посмотрю на нее, то могу улыбнуться, а это можно принять за слабость. Она должна знать, что ее скромная внешность, великолепные глаза, умный рот и красивые изгибы не отправляют мой разум в другое измерение, где мне хочется выбить дыхание из ее легких.
— Если я не вовремя, то могу вернуться позже.
Я бросаю взгляд на ее черные туфли, отказываясь смотреть на остальные части тела. Дженни отступает на шаг к двери.
Я должен поприветствовать ее в своей компании. Я поступаю как мудак, но так я поступал со всеми сотрудниками в их первый день работы. Они должны нервничать, но при этом чувствовать себя комфортно. Но с ней я так не могу. Здесь нет середины. С ней я могу быть либо ангелом, либо дьяволом, но чистилища не существует.
— Сейчас самое время. Присаживайтесь.
— Хорошо.
По мере того, как она приближается, нервный клубок сжимается у меня в животе. С каждым шагом к столу мое сердце выстукивает барабанную дробь в стиле Джона Бонэма. Не знаю, какая версия проявится, когда я посмотрю на нее, Джекил или Хайд. Ненавижу их обоих.
Она усаживается в кресло, а ее взгляд похож на сверкающий факел, обжигающий мою макушку. Когда я поднимаю глаза, беспокойство на ее лице смягчает меня. Дженни не полна задора. Из нее все словно вытекло, а щеки бледные. Она ослаблена.
Все во мне хочет спросить, в чем же дело, обнять ее, утешить. Но это не вариант. Эта встреча задаст тон нашим рабочим отношениям, и никогда нет лучшей возможности установить контроль, чем, когда кто-то находится в невыгодном положении для ведения переговоров. Я знаю, что мне нужно делать.
— Что вам нужно? — мое лицо ожесточается. Это притворство, и я играю эту роль слишком хорошо на ежедневной основе.
— Я… — она выглядит так, словно может разрыдаться, а с этой женщиной, должно быть, случилось что-то экстремальное, чтобы она оказалась в таком состоянии. Дженни берет себя в руки. — У меня не было возможности обсудить условия работы. Мне позвонили. Вы приняли меня на работу. И я начала работать.