Взгляд Бориса потемнел.
Гладков начал громко возмущаться о разрешённом доступе визитёров в нашу столовую.
— Да ладно тебе, Борь! Жалко что ли? — стала успокаивать его Кристина.
Но Гладков не унялся. В конце обеда настоял на «очень важном разговоре» с Серовой о переводе одного из её сотрудников в наш филиал под Сургутом.
Серова быстро смекнула что к чему и перенаправила его ко мне.
— По нашему уставу Сал является его руководителем, ему и решать! — поднялась с места и зацокала шпильками на выход.
Я пригласил Гладкова в свой кабинет...
Плотно закрыв за ним дверь, предложил ему выпить чего-то покрепче, нутром чуя, что мне предстоит деликатный разговор.
— В общем, эээм, — прочистил он горло — Мне нужен твой бухгалтер! В нашем филиале все финансы пришли в полный упадок...
Я кивнул и хряпнул с ним по 50 грамм... за улучшение финансов!
— А сам он этого хочет?
— Не хочет — захочет! Для кого я сделал все операции по омоложению, а? Два года мы проработали и... Короче, душа в душу... Одна дурацкая ссора между нами и ВСЁ???
— Борис Николаевич, я вас прекрасно понимаю, но не могу я так... Он должен сам прийти ко мне и попросить перевода!
— Ну будь другом, а?!
— Нет. У нас здесь не «Концерт на заказ». Поговори с ним сам, предложи, а главное, дай время обдумать. Всё должно быть на обоюдной основе!
— Ну, Сеиф!— вскочил Гладков и, играя желваками, гневно прошипел — Я тебе ЭТО ещё припомню!!!
Громко захлопнутая за ним дверь заставила меня подняться.
Рамка с моей учёной степенью MBA упала на пол, разбившись на осколки...
Сегодня Аллаху показалось мало испытать меня, как руководителя. Спустя час меня вызвала на ковёр Серова, к которой я до этого, не подозревая подвоха, впустил нашего директора по закупкам, Блуднова Сергея Валерьевича...
Ублюдок сидел с выражением лица жертвы в её кресле.
Кристина опустилась напротив.
Мне пришлось снова сесть на её диван посередине.
— Салих Сеифович, — строго начала она — Вы знаете, для чего мы здесь собрались?
Я решил сэкономить нам всем время и спокойно признался в том, что пока не причинил ему никаких увечий.
— Да, но он взял меня за шкиряк и чуть не врезал, а ещё пригрозил! Я напишу на него заяву в полицию!!!
Резилиенс, Сал, Резилиенс!!!
— Салих Сеифович, что вы скажете на это? — повернулась она ко мне и, поймав моё равнодушное хмыканье, с разгоном от 0 до 150 продолжила — Во что превратится наш «Газ-Рул-Ит», если мы все наши конфликты будем решать кулаками, а??? Сеиф, вы получите свой второй дисциплинарный выговор! Ещё одна такая выходка, и вы вылетите отсюда, как пробка из под шампанского!!!
Я тяжело сглотнул, хотя и сам планировал в конце следующей недели вылететь... в Лондон-Хизроу.
— А вы, Сергей Валерьевич, находитесь на волоске от увольнения!!!
— Что??? Да я же вам объяснил, что Орлова сама полезла ко мне! Она вон даже губы накачала, чтобы закадрить меня, женатого человека!!!
— Вот и занимайтесь своей женой! С Орловой я лично переговорила. У неё совсем другая версия. Поэтому реакцию Сала я чисто по-человечески понимаю...
Я напряг лоб и память, но так и не смог вспомнить, когда и где она успела бы переговорить с Анечкой.
Мы провели вместе интенсивные 2,5 дня и 3 ночи!
— Я проведу внутреннее расследование, — бескомпромиссно завершила Серова, затем кивнула нам обоим на дверь.
По дороге из офиса домой я недоумевал.
Серова блефанула, и это подтвердила мне по телефону сама Орлова...
Леди-босс подыграла, но для чего?
Чтобы я сохранил лицо перед Блудновым, в случае моего назначения его новым начальником после подписи ЕЁ нового контракта?
Однако, зачем Серовой расточать свои время и депозит доверия ко мне, если я и так всё сказал ей?
Ведь я сказал же или?!
Эта женщина когда-нибудь сдастся???
4. Палево
В последний вечер моего шестого в жизни октября я переел сладкого. Настолько, что во рту впервые появилась горечь...