Через секунду она падает к моим ногам.
— Так тебе точно нельзя на пляж, — произносит Яр.
Что?
Я не ослышалась?
Я шумно выдыхаю и не могу поверить, что он это сказал.
— Это не смешно, Яр, — бросаю полушепотом, но следом завожусь.
В голове вспыхивают слова бывшего, что у меня “толстые ляжки”, что есть целлюлит и что вообще мне нужно минимум год пахать, чтобы привести себя в божеский вид. Это поджигает внутренний фитиль, и я дергаюсь от Ярослава прочь. Пытаюсь побыстрее отвернуться, но он не дает. Ловит мою ладонь и прямо-таки нарывается на пощечину!
— Я знаю, что я не красотка! — бросаю ему в лицо на эмоциях. — Знаю! Мне уже сказали до тебя, не беспокойся! Уже довели до сведения!
Я взмахиваю ладонями, но Ярослав вдруг вырастает передо мной во весь рост. Он щурится, словно не понимает, на каком языке я говорю.
— Вика, — зовет он.
А через мгновение завязывает со словами и просто притягивает меня к себе, заключая в тесные объятия.
— Ты чего устроила, глупышка? — бросает он поверх моей макушки, не давая отбиться от своих приставаний. — Я вообще другое хотел сказать.
— Да?! И что же?
— Тебя вообще нельзя на пляж выпускать, чтобы мужики шеи не свернули.
— Очень смешно…
— Да мне не до смеха, — упорствует он. — На тебя опасно смотреть. Ты себя вообще в зеркало видела?
Он тянет меня за плечи, чтобы я развернулась лицом к зеркалу.
— Не надо, Яр. Я не хочу смотреть.
— Тогда посмотри на меня.
Он касается пальцами моего подбородка. Я почему-то поддаюсь и заглядываю в его глубокие потемневшие глаза.
— Ты чертовски красива, Вика. От тебя дыхание перехватывает.
Я опускаю взгляд.
— И дело не в банковской карточке, — добавляет Яр.
— Правда? — выходит наиглупейший вопрос, но я не успеваю поймать его.
— Правда. — Ярослав кивает и накрывает губами мои губы.
Это происходит настолько внезапно, что я откликаюсь на поцелуй. Не успеваю включить голову и чувствую, как меня захлестывает давно забытая сладость. Мне так хорошо, тесно, вкусно и жарко, что каждая эмоция прошивает ярким импульсом. Я оседаю в крепких руках Ярослава, позволяя ему сделать поцелуй взрослым и глубоким, и прихожу в себя лишь в тот момент, когда ощущаю его ладони на своей талии. Он приподнимает меня, а я вспоминаю, что на мне только нижнее белье.
— Яр, — я скребу ноготками его покатые плечи, — хватит.
Глава 10
Ярослав
Она нежная и пугливая, как котенок.
Дается в руки и тут же рвется прочь.
Я впервые за долгое время вспоминаю, что с девушкой надо быть осторожным. Ее явно кто-то обидел. Я далеко не знаток в женской психологии, но даже мне это ясно как день. Какой-то урод постарался. Я бы с радостью поговорил с ним, выяснил, какого черта он решил отыграться на девчонке.
Особенно на такой… Такой…
Черт, я влип.
Крепко влип.
Я это четко понимаю на следующий день, когда просыпаюсь в ее номере. По руке рассыпаны ее пшеничные волосы, а вместо воздуха цветочный аромат ее шампуня. Она ворочалась полночи, потом встала и пошла в душ. С тех пор я дышу чем-то сладким. Но это даже не раздражает. Главное, что она успокоилась и заснула.
— Яр, — выдыхает она полусонная и соскальзывает с моей руки.
Малышка проводит тонкими ладошками по лицу, отгоняя остатки сна, и вонзается в меня злым взглядом.
— Яр! — повторяет громче и отчетливее. — Что ты делаешь в моей кровати?!
Приехали.
А где я должен был лечь?
Под дверью?
Или на той кушетке, на которой может поместиться только подросток?
— Пытался выспаться, — отвечаю мрачно и отодвигаюсь, понимая, что больше ей моя рука не понадобится.
Она встряхивает головой и следом проводит руками по своему телу.
Еще лучше.
Чего она там проверяет?
Задирал я ее пижаму или нет?
— Я не трогаю спящих девушек, — сообщаю, чтобы она уже прекращала этот спектакль. — Вика, ты вчера сама впустила меня в свой номер. Ты увидела Рому на этаже и испугалась, что он придет к тебе.
— Я впустила тебя в номер, а не в кровать!
— Тут кинг сайз, тут еще трое поместятся.
— Почему тогда я проснулась в твоих руках?
И вот что ей сказать?
Сама же повернулась ко мне во сне и нырнула в объятия. Моя вина только в том, что я не импотент и не оттолкнул красивую девчонку. Тут каюсь, виноват.
— Нас тянет друг к другу, — говорю ей, на что она в ту же секунду страдальчески выдыхает. — Как магнит прямо-таки.
Вика закатывает глаза, проклиная меня одним видом. Она собирает одеяло и сооружает из него неприступный кокон, хотя ее пижама неплохо справляется с этой задачей.
— Мне тоже обидно, что Рома не зашел, — бросаю ей в спину, когда Вика поднимается и идет в ванную комнату. — Жалко, что твой план не сработал и он не увидел, что я уже обосновался у тебя. Теперь придется снова ночевать вместе.