— Спасибо, сэр!
— Садитесь и обсудим в последний раз план операции.
Зелдер снял с шеи автомат и положил на брезентовый стул слева от себя, затем сел лицом к бритоголовому и заговорил:
— В основном будем придерживаться первоначального замысла, хотя вчера у меня возникло большое искушение либо вообще отменить нападение, либо отложить на неопределённый срок.
Начальник БОСС удивлённо вздёрнул кустистые брови.
— Наши люди сообщили из Европы, что ими засечён нигерийский агент.
— Почему сразу меня не известили? — спросил бритоголовый, откидываясь на жёсткую спинку походного кресла.
— Я ждал дополнительных фактов, сэр.
Последовала долгая пауза.
— Ну и что же это означает?
— Сэр, нигерийский агент встретился в Лондоне с одним из вербовщиков, которого мы собирались привлечь для операции в Кадуне. Один из наших людей сел нигерийцу на хвост, но тот заманил его в ловушку и уничтожил.
Глаза начальника вспыхнули бешенством, и Зелдер поспешил продолжить, пока шеф его не перебил.
— Нигерийцу удалось улизнуть, но наши люди накрыли его в Цюрихе, куда он прилетел из Лондона. Следующим самолётом туда же прибыл вербовщик, и оба встретились в одном из банков в деловом квартале. Наш человек связался по телефону с Лондоном, чтобы получить инструкции. Ему было приказано ликвидировать обоих. Вербовщика прикончили, но нигериец снова ушёл. — Зелдер перевёл дух. — Прежде чем скрыться, он уничтожил нашего агента.
Окончив доклад, Зелдер ждал бури. Но её не последовало. Начальник молча смотрел перед собой, словно не замечая Зелдера. Молчание так затянулось, что Зелдер подумал: уж не задремал ли шеф? Нет, глаза открыты.
Когда он наконец заговорил, голос у него был чересчур, неестественно спокойный.
— Вы хотите сказать, что мы потеряли двух человек, ещё не приступив к операции?
Зелдер только кивнул в ответ. Последовала ещё одна мучительная пауза.
— И тем не менее вы не отступаете от первоначального замысла! Я считаю, что вся затея с треском провалилась.
Зелдер осмелился возразить:
— Мне думается, вербовщик потребовал деньги вперёд, поэтому они и встретились в Цюрихе. Мои люди доложили, что уничтожили его, прежде чем он успел что–либо сообщить нигерийцу.
Бритоголовый раздражённо замотал головой:
— Ваши люди пытаются скрыть свою некомпетентность!
Зелдер вновь позволил себе не согласиться с шефом.
— Я не доложил вам вчера обо всем только потому, что решил с ними связаться напрямую и самому узнать все обстоятельства дела. Они готовы присягнуть, что нигериец не успел ничего выпытать у вербовщика.
— И вы им поверили?
По правде говоря, Зелдера не убедили заверения этих головотяпов, но его так увлекла предстоящая операция, что он готов был пойти на некоторый риск.
— Да, сэр, поверил.
И снова бритоголовый надолго замолчал, потом заговорил не терпящим возражений тоном:
— В свете новых обстоятельств следовало бы отменить операцию.
У Зелдера словно что–то внутри оборвалось.
— Однако я так не поступлю, — продолжил шеф после очередной паузы. — Но подчёркиваю: отныне вы несёте личную ответственность за успех дела. Надеюсь, вы от даёте себе отчёт в том, что это означает.
Зелдер не питал никаких иллюзий: если их постигнет неудача, ему надлежит остаться там, на поле боя. Он выпрямился, насколько это позволял тесный брезентовый стул.
— Я принимаю на себя всю ответственность, сэр.
— Хорошо. Изложите остальные элементы плана.
— Итак, первоначальный замысел в общих чертах остаётся без изменений. Наёмники высадятся на парашютах и атакуют завод в Кадуне. Это отвлекающий манёвр — для того, чтобы нигерийцы сосредоточили внимание на дальнем севере страны. Парашютный десант назначен на девятнадцать ноль–ноль в пятницу, четвёртого числа следующего месяца. Ровно через два часа — в двадцать один ноль–ноль — мы атакуем причалы Бонни.
— Вы выбрали именно эту дату и время суток по каким–то особым причинам?
— Да. Во–первых, север Нигерии населён в основном мусульманами, и пятница у них выходной день. Значит, им потребуется ещё больше времени для того, чтобы отреагировать на высадку десанта. Н а юге страны, в Бонни, пятница хоть и не выходной, зато конец рабочей недели, когда мужчины спешат напиться. Во–вторых, я предпочитаю сумерки заре, чтобы отходить под покровом ночи.
Бритоголовый смежил веки и сидел так в течение минуты, потом пожал плечами и взглянул в упор на Зелдера.
— Создаётся впечатление, что продумано все до мелочей. Ради вашего же блага желаю вам осуществить этот план.