Он впервые обратился ко мне на «ты». Я не сразу поняла это, но когда до меня дошло, то покорно согласилась. Слишком хорошо был выбран момент. Надев красное платье с глубоким вырезом на спине, я вышла к начальнику и покружилась перед ним, давая оценить себя со всех сторон.
- Не то. Давай следующее, - властно произнес он.
Я даже не заметила, как изменилось мое настроение. Все эти красивые платья, бутик, суровый мужчина в кресле будто бы превратили меня в принцессу из взрослой сказки. От возбуждения у меня закружилась голова и приятно потянуло внизу живота.
Я потрясла головой, отгоняя все эти непривычные мысли, что лезли мне в голову. Хотя я и решила развестись с мужем, все же еще не сделала этого.
Сняв очередное платье, я замерла перед зеркалом, разглядывая свое тело, словно впервые видела его. Небольшая крепкая грудь с розовыми вставшими сосками, плоский живот и широкие бедра. Не понимаю, отчего меня муж перестал хотеть?
Неожиданно штора отдернулась.
- Руслан Павлович! – с испугом воскликнула я, прикрывшись руками. Его взгляд и бугорок, образовавшийся на ширинке, говорили красноречивее всяких слов. Он меня хотел, и это - к моему ужасу - было взаимно.
Он задернул за собой штору. Губами впился мне в шею, одной рукой обхватил мою грудь, сжимая сосок и пуская волну возбуждения по всему телу, а второй – обвил мне шею. Властный и удушающий захват давал понять, что сейчас я его сучка и сделаю все, что захочет мой хозяин. Руслан слегка толкнул меня в спину так, чтобы я прогнулась, упершись в зеркало, и оттопырила попу. Одним движением он стянул мои трусы и пальцами провел меж половых губ. Я уже была вся мокрая и желала, чтобы его горячий пульсирующий член наконец-то вошел в меня. Еще немного и я готова была взмолиться об этом.
- Нет, - в последний момент я вывернулась и оттолкнула начальника.
- Чего? – ошарашенно взглянул он на меня, явно не привыкший слышать отказы.
Руслан Павлович схватила меня за шею и прижал к зеркалу. От возбуждения у него разве что пар не шел из ушей.
- Нет, я замужем.
- Плевать! – он продолжал целовать мою грудь.
- Еще немного и я закричу.
- Да, кричи от наслаждения.
Собрав все силы, я оттолкнула его.
- Вы же не хотите, чтобы я написала заявление об изнасиловании?
- Сучка! – сквозь зубы процедил начальник и вышел.
Все произошло так быстро, что казалось нереальным. Я провела рукой по шее, на которой еще чувствовала его пальцы... ох, как же сильно мне хотелось вернуть его! И так же сильно хотелось, чтобы ничего этого не было.
Я надела следующее платье: персикового цвета с глубоким декольте, перетянутое аккуратным ремешком в талии. Впервые за много лет я была восхищена, глядя на свое отражение. Отодвинув штору, показалась перед Русланом.
- То, что надо, - раздраженно произнес он, - мы его берем, - обратился босс к консультанту.
По дороге домой Руслан не проронил ни слова. Он был молчалив, а мне хотелось расспросить обо всем, что сегодня произошло. Остановившись у подъезда, Руслан спокойно произнес:
- До понедельника, Таня.
Я вылезла из его машины все еще с туманной головой. Я была так горда собой, что не поддалась минутному порыву - и в то же время корила себя за это. Ведь это мог быть единственный такой момент в моей жизни...
Перед глазами стояла легкая пелена, поэтому я не сразу заметила Макса, ждавшего меня у подъезда. По его недовольному выражению лица я поняла, что он все видел.
Визуализация героев
Дорогие читатели!
Продолжаем знакомиться с нашими героями
Паша Навицкий, 14 лет
Сын Татьяны и Антона.
Ну что сказать… подросток, он и есть подросток.
Любит родителей, но периодически влипает в сомнительные истории.
Оксана Филатова, 32 года
Подруга Татьяны, менеджер по продажам в ООО “Тарком”
Авантюристка по натуре, периодически связывается с плохими парнями, жалеет об этом, а потом снова наступает на те же грабли. Резкая, чуть циничная, но в душе добрая и по-настоящему переживает за подругу.
И....
Макс, 35 лет
Таинственный друг Александра (очередного ухажера Оксаны). По ее словам - “банкир” с культурологическим образованием. Макс почти не говорит о себе, но имеет широкие связи и в целом можно наверняка утверждать, что он не так прост как хотел бы казаться.