- Да не было никакой измены.
- Ага, а там в кафе была твоя сестра?
- Нет, это директриса одного предприятия, куда я хотел устроиться на работу. Вот и пришлось ее сводить в кафе, чтобы добиться расположения.
- О, боже... врешь и не краснеешь! – обиженно выпалила я ему.
- Дура ты, Танька! – снисходительно ответил он мне и, развернувшись, побрел вниз по лестнице.
- Тань… - жалобно протянул Макс. - Прости...
- Тебе тоже уже пора. Давай, - не смотря на него, указала на дверь.
Захлопнув за ними, я прислонилась спиной к двери и без сил сползла по ней. Чувства обиды и беспомощности накрыли меня с головой. Отдавшись им, я разрыдалась, закрыв лицо руками.
В этот момент у меня и мыслей не было, что соседи все слышали и могли вызвать полицию. Ведь, кажется, в какой-то момент я даже кричала, прося о помощи. Теперь все воспоминания были как в тумане.
Странно, но почему-то в голове прозвучал мамин голос: «Все смешалось в доме Облонских…». Да, мама любила эту книгу и большое количество раз перечитывала мне ее в детстве. Хотя разве это детская книга, если в конце женщина бросается под поезд?
В двери заскрежетал ключ. Первая мысль, что Антон вернулся за вещами. Или решил извиниться? От этого мне стало одновременно страшно и томительно-сладко, но потом я вспомнила, что в это время обычно возвращался сын.
Я резко подскочила, схватила валявшийся на полу букет, и заперлась в спальне.
- Мам, я дома, - раздался его окрик.
- Суп в холодильнике, - артистично изобразила привычный голос, чтобы не расстраивать сына.
- Опять? – недовольно пробурчал он. – А что за лепестки на полу в коридоре? Папа приходил?
- Ага, приходил.
- Вы помирились?
- Так мы и не сорились.
- Мам, я же не маленький, - сочувственно произнес Паша. – Выйди, не прячься, - прозвучал его голос у самой двери.
Мне не хотелось показываться сыну в заплаканном виде, но он ведь упрямый, не отстанет. Поэтому я все же открыла дверь.
- Значит, не помирились, - рассудительно заметил сын, увидев меня.
- Иди ужинай.
- Хорошо.
В расстроенных чувствах я позвонила Оксане.
- И зачем я только согласилась на твое двойное свидание? – сокрушалась я в трубку после короткого пересказа произошедшего.
- Хочешь, я приду с бутылочкой красного?
- Да, знаешь, это было бы здорово, - мне вдруг показалась, что именно этого сейчас не хватало больше всего на свете. Расслабиться и потрепаться о мужиках за бокалом вина.
***
Прошло меньше получаса, а на моем пороге уже стояла Оксана с бутылкой любимого Мерло.
- О, мать, да ты совсем неважно выглядишь, - поглядев на растрепанную и заплаканную меня, заключила она.
- Без тебя знаю, - отмахнулась от нее и забрала вино. - Проходи давай.
Пока Оксана раздевалась и мыла руки, я успела открыть бутылку, налить себе бокал и выпить одним глотком. По телу пробежало тепло и мне мгновенно стало чуточку лучше. Теперь я хотя бы могла спокойно потягивать бокал за бокалом.
- Знаешь, - заговорила подруга, заходя на кухню, - твой Антон тоже еще тот фрукт. Сначала изменил, потом, видите ли, уязвленный полез в драку.
- Он защищал меня, - по привычке продолжала я защищать мужа.
- Тань, ты, конечно, добрая душа, но временами такая дура. Ну да давай выпьем за нас, за дур, - с усмешкой произнесла Оксана, и мы сделали несколько глотков вина.
- Вот чего не пойму, так куда все нормальные мужики перевелись? – философски произнесла я, хотя вроде бы была еще слишком трезва для таких разговоров.
- Разобрали их всех еще с пеленок, - с умным видом ответила подруга, как безусловный эксперт в данном вопросе.
- И что же нам делать?
- Выпьем.
Предложение показалось логичным. Мы выпили еще по одной, затем еще и еще.
Постепенно мне вдруг стало хорошо, по телу разлилось тепло и стало восхитительно плевать на все, что сегодня произошло. Голова немного кружилась, но это уже не смущало. Язык развязался сам собой, и я выпалила:
- А я чуть с Русланом Павловичем не переспала, - с усмешкой сказала я, напевно растягивая слова для пущего эффекта.
Оксана, словно протрезвела после моих слов, и ошарашенно уставилась на меня своими большими глазами.
- И ты молчала?
- Знаешь, раньше мне было так стыдно говорить об этом, а теперь все равно. Выпьем? – предложила я, заметив, что вина в моем бокале осталось совсем на дне.
- Только, если ты мне расскажешь эту историю.
- Ты же не отстанешь?
- Нет.
- Тогда наливай.
После того, как мой бокал вновь оказался наполнен, я сделала пару глотков и начала рассказывать историю, за которую в трезвом виде мне было слишком стыдно.