На стуле на веранде дремал черный старик в соломенной шляпе. Это напомнило мне кое-что, и даже вызвало улыбку. Но я прошел мимо, чтобы не потревожить его сон. Хотя разбудить и спросить, есть ли у него динамит, мне очень захотелось.
Внутри же было прохладнее, чем снаружи — толстые деревянные стены держали температуру, вентиляторы под потолком крутились. За стойкой стоял мужчина лет пятидесяти, широкоплечий, с короткой седой бородой. Посетителей оказалось неожиданно много. Как будто все в городе, кто мог себе это позволить, отправились сюда.
— Что будете? — спросил он.
— Пиво есть? — спросил я.
Вопрос был прямой, но неудобный — пиво было запрещено везде, сухой закон. Но он спокойно ответил:
— Пиво есть.
— А что-нибудь поесть?
— Жареная курица и фасоль.
— Будем все. И мне хотелось бы поговорить с хозяином.
— Я — хозяин, — сказал он, а потом протянул мне руку через стойку. — Карл Вассерберг.
— Чарльз Лучано, — представился я в ответ. — Тогда мы сперва поедим, а потом поговорим.
Мы сели за стол. Прошло минут пять, а нам уже принесли жареную курицу и пиво, холодное — похоже, оно хранилось где-то в подвале. Это уже само по себе было чудом. Я сделал глоток и принялся за еду. Управились быстро, а я так вообще успел проголодаться, будто и не ел с утра.
Хозяин подождал немного, а потом подошел к нам и тоже сел.
— Я хочу купить это место, — сказал я.
Он посмотрел на меня с удивлением. Кому мог бы понадобиться салун в умирающем городке? Харрис посмотрел на меня с не меньшим удивлением, хотя я его предупреждал. Но он, похоже, не ожидал, что этим бизнесом будет просто старый салун.
— А я не уверен, что хочу его продавать, — ответил хозяин.
— Вы еще даже не выслушали условия, — я улыбнулся. — Я дам вам пять тысяч долларов. Вы останетесь управляющим, все будет работать так же, как сейчас. Я буду владельцем, а вы будете вести дело так же, как считаете нужным. Я оплачу ремонт и буду платить вам триста долларов в год сверху того, что вы и так заработаете.
Карл посмотрел на меня и спросил:
— И зачем вам это? Это место находится в самом центре гребаного ничего. Мы едва сводим концы с концами, и разбогатеть тут не получится.
— Я знаю, — кивнул я. — Но мне нравится это место. Поэтому я хочу его купить.
Вассерберг посмотрел на меня и спросил:
— Триста долларов в год? И все, что я заработаю…
— Все, что вы заработаете, будет вашим, — кивнул я. — И ремонт. Может, вам кровлю надо поменять или еще что-то.
— Кровлю надо, — он почесал бороду. — В восточном углу все рассохлось.
— Я дам денег прямо сейчас, — сказал я. — Почините.
Он подумал секунду, потом встал.
— Дайте подумать до завтра.
— Хорошо, — я улыбнулся. — Мы вернемся завтра и обсудим все еще раз.
Он поднялся и ушел, мы же продолжили пить пиво. Я внимательно рассмотрел зал. На деревянных стенах висели старые фотографии и охотничьи трофеи. Это хорошее место, неудивительно, что его добавили в игру.
А потом Карл без всякого предупреждения вернулся и поставил на стол небольшой кувшин и две рюмки.
— Это за счет заведения, — сказал он. — Угощаю.
— А что это? — поинтересовался я.
— Местное, — ответил он. — Сам делаю.
Я налил, понюхал. Пахло кукурузой и чем-то смолистым. Самогон, в общем. Потом отпил — крепкое, но не противное. И характер есть.
— Хорошо, — сказал я.
Карл кивнул без улыбки, хотя ему явно было приятно. И он сказал:
— Я продам. Пять тысяч, триста в год и ремонт.
— Договорились, — я протянул ему руку.
А Харрис сразу же принялся готовить договор — для этого его и взяли. Я достал деньги, отсчитал нужную сумму — шесть тысяч триста.
— Здесь пять за сам салун и землю, тысяча на ремонт и еще триста за первый год нашего сотрудничества. Вы согласны?
— Согласен, — кивнул Вассерберг. — Вы из Нью-Йорка, так?
— Из Нью-Йорка.
— Но итальянец, — заметил он. — Далеко забрались.
— Далеко, — кивнул я. — Покупаю землю.
— И много купили?
— Мистер Лучано купил уже три тысячи акров, — сказал Харрис, продолжая писать договор.
— Три тысячи? — Карл присвистнул. — И зачем вам столько?
— Верю, что это места станет другим, — я улыбнулся.
— Многие так говорили, — хмыкнул он. — Большинство уже разъехались.
— Я не уеду, — я покачал головой. — Точнее уехать-то уеду, но потом вернусь.
Он только пожал плечами. Скоро мы подписали все документы и ударили по рукам. И место, которое станет в будущем легендарным, стало моим.
А мы двинулись дальше. За остаток дня купили еще две тысячи акров и очень уставшие разошлись. Харрис домой, а я в отель.