Странные пятнышки на бледном лице Емельянова. Такие же точно на желтоватом лице японца. Из тех, что в самом низу лица, текут едва заметные струйки крови, переплетаются, стекают на шею. Что это такое? Тысячи крохотных розовыхпятнышек покрывают их лица, словно раздражение после бритья или комариные укусы.
Неожиданно перед глазами встала другая картина.
Комната с радиостанцией. Кейтаро, Тиана, Игорь, Стефан, Лаура, одним словом, — все, окружили Ральфа и слушают, что говорит Джеффри. Джеффри в это время далеко в пустыне. Тимур в полудреме видит со стороны и себя самого. Вот он начинает понимать, что ботов запрограммировали на самообучение. Он вырывает микрофон у Ральфа и кричит Джеффри, чтобы тот немедленно убегал. Американец сначала не реагирует на его слова, что-то говорит об Освенциме, о еще живых, но странных крестьянах, которых видит в ущелье рядом с пещерами ботов. Но вот Джеффри осознает, что боты следят за ними. Хочет бежать, но боты встают на его пути. Алондру убивают, Джеффри пытается вырваться.
Тимур из последних сил боролся с глубоким сном. Образы расплывались, все застилала серая пелена, однако…
В последние минуты своей жизни Джеффри понял что-то важное. Это было понятно по его изменившемуся голосу. Что-то, о чем обязательно надо было сообщить товарищам. Он хотел сказать, но не смог. Или все-таки смог? «Тимур! Тимур! — закричал он. — Я понял, откуда они… — Голос его прервался, но затем из приемника донеслось: — …рой …у..ег… вто… ту… тим…!»
Обрывки его последних слов. Тимур злился во сне из-за того, что Джеффри не договорил. Точнее, договорил, но так, что никто не разобрал. Как это часто бывает в моменты, когда дремота перетекает в сон, а голова переключается на отдых, в мозгу программиста вырвались на волю идеи, которые, казалось, еще секунду назад были спрятаны за непробиваемой стеной. Тимур засопел, напрягся и второй раз прокрутил в голове последний эпизод. Но на этот раз он четко расслышал то, что хотел сказать Джеффри:
«Я понял, откуда они узнали! Второй “туарег”! Второй “туарег”, Тимур!»
Ручка на двери тихо повернулась, и дверь приоткрылась. В комнату на цыпочках проскользнула Ребекка.
Щелчок дверного замка не дал программисту окончательно провалиться в сон. Сквозь полузакрытые веки Тимур оценил соблазнительную фигуру, точеные ножки, округлые бедра, едва прикрытые серой блестящей ночной рубашкой. Он сладко зевнул, думая, что это тоже видение. Какое-то время в затуманенном мозгу все еще метались фразы: «Второй “туарег”!» и «…всегда держи ствол при себе», но они растворились под натиском сексуальных фантазий, так и не включив сигнал тревоги.
Ребекка беззвучно подошла ближе к кровати и остановилась в двух шагах от нее. Она стояла выпрямившись, слегка расставив ноги, и пожирала Тимура взглядом. Глаз в сумерках видно не было.
Девушка что-то держала в правой руке.
Тимур пошевелился, чувствуя, как между ног образуется приятное тепло, все еще не понимая, что на сей раз все происходит в действительности. Очертания девушки напомнили ему плакат, который как-то попался ему на глаза у диско-клуба «Avalon» в Киеве: соблазнительная босая фотомодель стояла на цыпочках, держа в руке откупоренную бутылку шампанского. Сходство было полное. За исключением одной детали — в руке Ребекка держала не бутылку с шампанским, а длинный кухонный нож.
За секунду до того, как Ребекка бросилась на программиста, за окном раздались два хлопка. Тимура разбудил не столько звук, сколько короткая вибрация, передаваемая землей. Он очнулся, увидел тень, рванувшую вперед, и успел поднять вверх руки и ноги. Натянутое между ними одеяло спасло ему жизнь. Лезвие с противным скрипом прорезало огромную дыру, но не зацепило парня.
В следующую секунду, все еще не соображая, что происходит, Тимур скатился с кровати и отполз влево, почти к окну. Ребекка вскочила на кровать и зашипела, подняв над головой руку с ножом. Ее глаза были налиты кровью.
— Ты с ума сошла, Бекка! — Тимур хотел крикнуть что-то еще, но вовремя понял, что это бесполезно. Он все понял. — Вот стерва! — Злость быстро уступала место панике.
Ребекка бросилась на него. Он встретил ее ударом ноги в живот, потом бросился на девушку и повалил ее на кровать. Ребекка, извиваясь, пыталась ударить его ножом. Если бы нож был короче, она уже выпустила бы ему кишки. А так ей не удавалось вывернуть руку и нанести колющий удар. Лезвие скользило по спине, разрезая кожу, но не задевая важные органы и мышцы.