— Даже не верится. Правда, старик? — сказал Хедхантер, движением головы указал на пепелище.
Тимур молча кивнул.
Так они и стояли, плечо к плечу, поливая теплыми струями бурый песок.
— Все не так уж плохо получилось, — отстраненно проговорил южноафриканец.
— Ты о чем?
— Обо всем… этом…
Мужчины почти одновременно застегнули «молнии» на брюках. Тимур посмотрел на Рино. Парень, хоть убей, не мог найти ничего хорошего во всем этом.
— Не надо на меня так таращиться. — Хедхантер стукнул его по плечу, — все зависит от того, с какой стороны на это дерьмо посмотреть. Ты же знаешь: бутылка может быть наполовину пустой, а может — наполовину полной. Жаль, конечно, столько народу полегло. — Наемник сплюнул на землю. Это действие и выражение его лица немного не вязались с последними словами. — С другой стороны, если не принюхиваться, подумай: боты уничтожены, доказательства ликвидированы, а мы — живы. Могло быть хуже, фелла. Гораздо хуже…
— Ты прав. Могло быть хуже.
Украинец пошел к внедорожнику, открыл заднюю дверцу и разбудил Лауру.
— Как ты? — спросил он.
— Хочу воды.
— Воды больше нет, Лаура… Надеюсь, скоро раздобудем.
— Хреново.
— Знаю.
Хедхантер сел на место водителя.
— Что делаем? — сел в машину Тимур.
— Валим отсюда. Или тебе хочется собрать камушки на память?
— Куда ты собираешься ехать? — серьезно спросил Тимур.
— В Каламу. А если хватит горючего — в Антофагасту. У нас есть паспорта, сядем на рейсовый автобус до Сантьяго-де-Чили, там на самолеты — и по домам.
— Паспорта, говоришь? Прекрасно. Но у нас нет денег! Нам придется общаться с посольствами. Объяснять…
Рино цокнул языком. Тимур начинал его раздражать.
— Дай добраться до города, — прорычал Хедхантер, — я достану деньги для всех.
— Как? — не успокаивался программист.
Южноафриканец ответил с явными сердитыми нотками в голосе:
— Ты хочешь улететь домой или нет?
Тимур смотрел на солнце, выплывавшее из-за гор. Оно приобрело приятный оранжевый оттенок, не раздражающий глаз. Возможно, в Антофагасте удастся сбыть кому-нибудь их «тойоту». Парень понимал, что пикап побитый да еще и обстрелянный из дробовиков; он успокаивал себя тем, что кто-то соблазнится купить его на запчасти. И Хедхантеру не придется «доставать» деньги привычным для него способом.
— Да, я хочу улететь домой, — наконец, произнес он.
Рино завел двигатель, и они тронулись.
CXXVII
Вторник, 1 сентября, 07:29 (UTC –4)
Пустыня Атакама
— Стойте! — насторожилась Лаура.
— Тебе плохо? — глянул в зеркало заднего вида Тимур. (У Хедхантера разболелись ожоги, и Тимур сменил его за рулем.)
— Нет, — тряхнула головой девушка, — просто остановись.
Плавно нажав на тормоза, Тимур заехал на обочину.
— Вы слышите? — подняла брови Лаура.
Рино открыл рот, собираясь спросить что именно, когда внезапно услышал размеренное пыхтение. Тихое «ух-ух-ух…» разлеталось по пустыне.
В этом месте известняковые холмы нависали над дорогой и закрывали осмотр.
— Вертушка, — через секунду определил амбал.
— Точно. — Дюпре поводила указательным пальцем по кругу, имитируя движение лопастей.
— Ну и что? — спросил Тимур.
— Неужели не понимаешь? Это армия, фелла.
— Вне всякого сомнения, — поддакнула психиатр. — Давно их ждала. Исчезновение стольких людей, машин, отсутствие связи с коммуной Сан-Педро, а теперь еще и ночная бомбардировка. Все это не могло вечно оставаться незамеченным. Кажется, чилийские военные наконец, взялись за ум.
— Господа, — заговорил Хедхантер, — думаю, не стоит объяснять, что встреча с официальными представителями Чилийской республики не входит в наши планы.
— Это уж точно.
— Что ты предлагаешь? — Тимур был готов подписаться под каждым словом амбала.
Уханье вертолета доносилось с севера и нарастало.
— Давай в пустыню! — скомандовал Рино. — Быстрее!
Тимур свернул с дороги и погнал на юг, напрямик через равнину. Им повезло, что в данной местности грунт был преимущественно твердый. Из-под колес не поднималась пыль, которую, несомненно, засекли бы с вертолета.
Неровности рельефа позволили беглецам незаметно отдалиться от шоссе, затерявшись в пустыне. Тимур время от времени косился в зеркало, но вертолет так и не показался, держась низко над холмами. На расстоянии двух километров от трассы парень нашел подходящее углубление, загнал туда внедорожник и заглушил мотор. Когда над головой летает махина, которая двигается гораздо быстрее и дает возможность видеть намного больше, лучше переждать. Скоро размеренное пыхтение винтов смягчилось, превратившись в еле слышный фон, а потом окончательно затихло.