И тут пришло воспоминание, как я совсем недавно прятался от варана. Что я там говорил и представлял?
— «Я стенка, стенка, стенка, и вовсе не медведь. А как приятно стенке вот здесь вот стоять. Я стенка…»
Я закрыл глаза, повторял мысленно эту фразу, словно заклинание какое, и усиленно представлял себя стенкой. Такой вот шершавой, сложенной из бревен. Даже крики ушли на задний план, словно люди находятся не рядом или подо мной, а за несколько сот метров. Краем сознания отметил, что кто-то выглянул в окно, да то понял это, опять же, по разговору. Примечательно, что слов я не мог разобрать, как будто и впрямь, превратился в деревяшку, которая слышит звуки, но не слова.
Почувствовал, как начал капать дождь. Где-то загремело, загрохотало, засверкало. И спустя минут пять я почувствовал, как на меня вылили ведро воды. Ну и ливни в этом мире! Не знаю все время здесь такое или это мне так везет на них, но дважды я попадал под грозу и дважды дождь лил, как из ведра. Но в отличие от первого раза, сейчас он, в целом, играл мне на руку. Вжавшись в этот выступ, я смог одной рукой не только достать нож, но и раскрыть его. Вгоняя его в дерево для лучшего удержания, я начал спуск.
Удивительно, но все эти похождения по этому миру увеличили не только силу моих мышц, но и ловкость, иначе отчего я достаточно легко спустился с третьего этажа на землю? Теперь у меня лежал только один путь — к кораблю, а там всеми правдами и неправдами необходимо залезть на него. Я не стал сразу бежать в ту сторону, а передвигаясь вдоль стены, я по-прежнему повторял свою фразу, помогавшей мне оставаться незаметным. Не знаю, как это действовало, но, если первый раз можно списать на случайность, то сейчас это уже становится фактом. Когда мне надо, я могу становиться незаметным. Надо бы проверить, это всегда действует по моему желанию или только в определенных случаях — когда угрожает смертельная опасность? Отойдя таким образом на пару десятков метров, я уже целенаправленно направился к пристани.
Хорошо, что я сначала решил проверить здесь все, и старался подкрасться бесшумно. И мне удалось это, правда, надо сказать, что главным в моей незаметности был все тот же ливень. Около трапа стояли какие-то люди, ругая какого-то парня, из-за которого им приходиться стоять здесь под дождем. Я прекрасно понял, что они имели в виду меня, вот только причина такого интереса ко мне непонятна, а значит, и встречаться, с кем бы то ни было, я не хочу.
— Блин, как же мне забраться на корабль? — шепотом спросил я сам себя, отойдя на десять метров.
Двинулся вдоль корабля, высматривая хот какой-то вариант. И был вознагражден! Я совсем забыл, но кораблю необходимо швартоваться. Магия там, или технология, но этот корабль был пришвартован толстым канатом и возле него никто не стоял. Не долго думая, я схватился за него и полез в сторону корабля.
— Да что же это такое, — ругнулся я.
Я думал, что этот канат переброшен через борт, а оказалось он проходит сквозь него через какую-то дырку, в которую я пролезть никак не мог. И располагалась она где-то в метре от верха борта. Но мне все же повезло — не знаю для чего это предназначено, но вдоль борта проходил тоже канат, по которому я добрался до носа. А там свисал такелаж, с помощью которого я забрался на палубу. Я думал, что вся команда будет сидеть по своим каютам и кубрикам, но сильно ошибся. Ко мне приближался фонарь, который нес матрос. Я присел на самом носу, стараясь слиться с бортом, но он, не доходя до меня трех метров, развернулся и двинулся обратно.
Дождь, сильное нервное напряжение, все эти невзгоды что-то сделали со мной, и я направился следом, желая расспросить его, где моя каюта. Спасло от такого опрометчивого поступка то, что я увидел лодку. Она висела сразу за бортом, укрытая сверху брезентом. Мне сразу пришло на ум, как в каком-то фильме кто-то прятался в ней, находясь в похожей ситуации. Когда матрос ушел дальше, я попробовал приподнять край, что мне удалось. Точнее, брезент был закреплен при помощи крюков, но я снял парочку и сумел туда пролезть. Как только я устроился более-менее удобно, я мгновенно уснул.