Ли сглотнул, хватаясь за ручку.
– Из всего этого, Саэки-кун, я могу сделать только один вывод. Я был прав: мы соперники, потому что ты тоже лю-...
– ВЫМЕТАЙСЯ.
Его сердце тяжело билось в груди. Руки так и чесались придушить Ли здесь и сейчас, и Саэки с тоской смотрел, как Габриэль остекленевшим взглядом сверлит закрывшуюся дверь. Шукаку хохотал. Габриэль пыталась переосмыслить произошедшее, но все казалось настолько абсурдным, что скорее напоминало фантазию воспаленного мозга.
– Габи. Габи!
Она вздрогнула и посмотрела на него.
– Ты в порядке? – Тихо спросил Саэки, заглядывая ей в глаза. Она оглянулась, будто удивившись его вопросу: по кафельной плитке змейками струился песок. Габриэль неуверенно кивнула и поежилась, потирая плечи, пока песчинки возвращались к ней.
– Холодно? Закрыть форточку?
– Не надо.
Саэки отдернул руку от окна и принялся перебирать складки занавески. Он глубоко вздохнул, втягивая прохладный уличный воздух, чтобы хоть как-то унять внутреннее смятение.
– Саэки.
– Да?
– Я плохо на тебя влияю, – обречённо произнесла Габриэль.
– С чего ты взяла?
– Ты только что рассказал своему другу, как планируешь убить его.
– Э-э, – Саэки по-совиному моргнул, – не то чтобы я на самом деле планировал убивать его. К тому же я не настолько глуп, чтобы раскрывать ему реальные планы. Все способы, которые я привёл, настолько банальны и очевидны, что меня в сон тянет. Хотя меня и без того в сон тянет...
– Я определенно плохо на тебя влияю.
– Нет, – отмахнулся Саэки. – Это не из-за тебя.
Некоторое время они молчали. Постепенно до обоих начинал доходить весь ужас ситуации. Саэки вновь передёрнуло при воспоминании о том, как Ли признавался здесь в любви и даже сделал предложение. Как бы ни хотелось вышвырнуть его поскорее, Саэки не имел никакого права на это. Он вообще не должен был вмешиваться. Это неправильно. Ему стоило оставить их наедине, позволить объясниться друг с другом. И если бы чувства Ли оказались взаимными, то так тому и быть!
– Прости, – едва заставил себя говорить Саэки, – я не должен был прерывать его. Я извинюсь перед Ли и могу устроить вам... приватную встречу, если хочешь.
«Даже не вздумай! – Ревел Шукаку. – Этот чудик нам не нужен!»
Габриэль пристально смотрела на него, пока демон нёс какую-то околесицу. Очевидно, Саэки понятия не имел, что своей выходкой спас Ли от непреднамеренного убийства. Фраза «я люблю тебя» вызывала в ней только животный, инстинктивный страх вперемешку с холодной яростью и горечью обиды на людей, которые уже не смогут ответить за причиненную ей боль. Пожалуй, Габриэль была даже рада, что всё закончилось именно так, без лишней крови.
– Он только что сказал, что любит меня, – как можно более спокойно выдохнула она.
– Именно так он и сказал, – Саэки смотрел куда угодно, только не на неё.
– Он просил меня выйти за него замуж.
– Мгм. Что-то вроде.
– Что мне делать?
Она выглядела такой потерянной и расстроенной, что Саэки немного растерялся.
– А ты чего хочешь?
– Я ничего не хочу.
– Тогда ничего и не делай. – Саэки пожал плечами, стараясь скрыть улыбку. – Не думаю, что он от тебя отвяжется, так что просто скажи, если его внимание будет тебе некомфортно.
– И ты убьёшь его? – Чистой воды провокация, Габриэль улыбнулась бы, чтобы он понял, что она всего лишь дразнит его, но она говорила это с каменным лицом, и Саэки занервничал.
– Не-е-ет, – замахал руками он, – я просто возьму несколько уроков убеждения у Наруто и поговорю с ним.
Это напомнило о том, что есть ещё кое-кто, с кем Габриэль хотела встретиться, но до сих пор этого не сделала.
– Что с Наруто? – Спросила она.
Саэки как-то разом поник и нахмурился.
– Он вернулся под утро, но я ещё не видел его. Хотел заглянуть, но мне сказали сидеть здесь... – проворчал он, закатив глаза, но вдруг осёкся и поспешно заговорил:
– Это не значит, что я не хочу сидеть с тобой!
– Я понимаю. Кстати... Почему ты не пошёл с ним?
– Я бы только мешался под ногами, – Саэки поджал губы, опустив голову. – Я пытался остановить Саске, когда тот покидал деревню, но он просто вырубил меня. В план Шикамару я не вписался... От меня никакой пользы. Да и... – он вздохнул. – Честно говоря, я уже устал бегать за Саске. Это так ранит. Когда ты заботишься о ком-то, а в ответ получаешь надменный взгляд со словами «Как же ты меня достал». Ну да, куда мне, простому смертному, до Саске. Я понимаю, мы ничего никогда друг другу не обещали, но я думал, что мы друзья. И чтобы так...
С каждым его словом на душе становилось всё более и более паршиво. Внутри неприятно заныло. Саэки, наверное, и сам не осознавал, но она вела себя в точности как Саске. Даже ещё хуже. Саске хотя бы не ломал ему кости.
– Саэки.
– М?
– Прости.
Саэки склонил голову.
– Почему ты извиняешься?
– Я ужасно обращалась с тобой, – руки сжались в кулаки. – Я знаю, что словами ничего не исправить, но... – Она прикрыла глаза. – Мне действительно жаль. Очень-очень сильно. Если ты захочешь, я больше никогда не буду попадаться тебе на глаза, я пойму, если ты ненавидишь меня, я этого заслуживаю. Я могу что-нибудь сделать для тебя?
– Прекрати, – нахмурился Саэки. – Я не ненавижу тебя. И я не хочу, чтобы ты избегала меня. И тебе не нужно ничего делать.
– Я не понимаю тебя. От меня одни проблемы, а ты...
– Габи, но я не считаю, что от тебя одни проблемы. Мне нравится проводить с тобой время. И я действительно хочу общаться с тобой.
– Ты не можешь вот так взять и простить меня, – севшим голосом сказала она. – Я покалечила тебя. Ты не должен делать вид, что всё в порядке, если это не так. Ты заслуживаешь лучшего.
– Но я живой и невредимый. И, кажется, Шукаку передумал меня убивать, так что... – он покраснел.
«Серьезно, о чем, черт возьми, вы разговаривали ночью?» – Прошипела Габриэль.
«Ничего криминального, – хихикнул Шукаку. – Крольчатина действительно вкусная».
«И что это должно значить?!»
Ответа не последовало, и Габриэль обречённо вздохнула. Саэки сидел на стуле возле её кровати и мягко улыбался. Несмотря на его усталость, он выглядел действительно умиротворенным.
– Почему ты так смотришь на меня? – напряжённо спросила она.
– Я скучал по тебе, – ласково протянул Саэки, прищурившись, словно довольный кот. – Боялся, что больше никогда тебя не увижу.
Это... Было непривычно слышать. Если бы на месте Саэки оказался любой другой человек, Габриэль бы подумала, что над ней издевались. Но он говорил искренне и улыбался так тепло, что... Габриэль вдруг почувствовала, что у неё горят щеки.
– Ты не должен говорить такие вещи, – выпалила она.
– Почему нет? – Вздернул брови Саэки. – Это же правда.
– Это странно.
– Хорошо, я не буду тебя смущать.
– Я не смущаюсь.
– Ну да, я так и понял, – хихикнул он.
Габриэль кашлянула. Внезапное волнение рассеялось, как только она услышала его смех. Хорошо, что спустя столько времени он по-прежнему действовал на неё лучше любого успокоительного. И хотя Габриэль хотела, чтобы её выписали как можно скорее, какая-то часть надеялась раствориться в этом моменте.
Но ничто не вечно. Вошедшая в палату Шизуне выпроводила Саэки за дверь и, натянув перчатки, деловым тоном произнесла:
– Рубашку снять, дыхание задержать. Сейчас быстренько осмотрим тебя. И... Расслабься, пожалуйста, я не причиню тебе вреда.
Габриэль сглотнула, чувствуя, как мурашки ползут по коже, а песок опасно гудит рядом. Все-таки провести в больнице пару дней будет сложнее, чем она предполагала.