Да, я вру перед лицом смерти ,и что вы мне сделаете? Это ради спасения.
— И если я тебе нравлюсь со школы, то мы просто можем начать встречаться. Глупо убивать меня в таком случае. — продолжаю я. — Я постараюсь узнать тебя получше и у нас будет больше интересных моментов, чем мое убийство.
Из-за полутьмы здесь я плохо вижу его лицо, но он, похоже, скучает.
— Я не хочу обычные отношения. — произносит он в ответ на мои мольбы. — Это скучно. Мне в общем-то не особо интересны отношения, даже с тобой. Кстати, умоляешь ты отстойно, совершенно не заводит.
Аааа! Да что тебе нужно-то?!
— Я и на необычные отношения согласна. — быстро говорю я.
Повисает небольшая пауза, в которой я слушаю мертвенную лесную тишину. И только с пруда доносятся кряканье уток, которых я недавно разбудила.
11
То ли он меняет положение, то ли луна успевает немного передвинуться по небу, пока он тут пытался убить меня, но теперь холодный поток света ложится на его лицо. Он смотрит на меня - задумчиво, высокомерно, как дьявол, которому дано распоряжаться жизнями тупеньких букашек-людей, ползающих под его ногами.
— М-м. — произносит в конце концов он. — Необычные? Как увлекательно. Ты в курсе, что мне нужно?
— Нет, но мы будем узнавать друг друга в процессе? — предполагаю я, пока моя пугливая и самая адекватная часть мозга кричит, что мы ничего не будем узнавать, а свалим на первом же экспрессе домой навсегда.
— О, вот оно как. Даже интересно. — он подпирает лицо свободной рукой с ножиком и продолжает пялиться на меня, пока я от его взгляда испытываю липкое чувство страха.
Пипец я сейчас переживаю уникальный опыт. Не каждый человек в мире предлагает отношения маньяку-психопату, который пытался его убить. И пытается его еще уговорить на эти отношения.
Пока я молю всех богов и нейрончики в голове этого ублюдка пощадить меня, чувствуя, как мерзнет моя задница в мокрой юбке, он, наконец, будто бы принимает решение и опускает руку с ножом снова вниз.
— Допустим. — холодно произносит он, посмотрев в темноту леса.
Боже. Я чувствую облегчение, смешанное с чем-то жутким. Я выжила, но какой ценой? Мне даже страшно прожить в отношениях с ним те несколько часов до утра и до момента, когда начнут ходить электрички.
— Хотя, я не уверен, что живой ты мне будешь сильно интересна. Но почему бы и не попробовать, раз наши отношения будут необычными? Я понаблюдаю, как ты будешь пытаться удовлетворить меня. А, и да. — он снова опускает на меня свой пугающий пустой взгляд. — Заканчивай держать меня за идиота. Если после этого ты сбежишь обратно к родителям, что видно по твоему лицу, я тоже вернусь туда, похищу тебя, где бы ты не была, и буду присылать твоей семье тебя по частям. Просто чтобы досадить тебе. Это ясно?
Мои зубы стукаются друг об друга, когда я пытаюсь что-нибудь произнести. Охренеть, это у него "досадить" называется?
— Да. — выдавливаю я. — Я не собиралась… бежать.
— Разве я не попросил перестать держать меня за идиота, Вика? Я могу больше и не просить, а просто молча воткнуть в тебя нож.
Твою налево, боже, у меня что, правда на лице все написано? Я вроде не так выразительно обычно думаю. Ублюдок ненормальный, я теперь…
А что, если он и эти ругательства с моего лица считает? Я в заднице. Полной.
— Я больше не буду. — произношу я это, мысленно представляя, что я действительно не навострю лыжи завтра же утром. Так, стоп. Лучше вообще об этом не думать. У меня пустая голова.
Он наблюдает какое-то время за моим лицом, словно чертов детектор лжи, и, похоже, остается довольным, потому что на его губах мелькает усмешечка.
— Чудесно. — произносит он. Затем убирает руку с моей шеи и ставит ладонь где-то за моей головой, наклоняясь ко мне ближе. Я не знаю, зачем, но лучше бы он этого не делал. — Возможно, если мне все будет нравиться, я даже немного подыграю тебе. Добавлю немного романтики в наши отношения.
Я запоздало понимаю, что он хочет сделать, но шевельнуться не могу. Я маленькая статуя. Или зайчик. Почуявший запах волка.
Этот ублюдок наклоняется еще ближе и его губы прикасаются к моим, холодным, обжигая дыханием. Это легкий, невинный поцелуй, в котором он даже не использует язык. Почти как тот, который получился еще в школе. Блин, тогда я думала, что он псих, но не настолько отбитый.
Он прекращает поцелуй и отодвигается на пару сантиметров. И смотрит мне в глаза, пока я не знаю, куда их деть. Его взгляд абсолютно темный, жуткий, лишенный цвета, и по нему совершенно невозможно понять, о чем этот ублюдок думает.