— Привет, народ. Ого, ничего себе! Пап, да ты молоток! Кать, — обратилась ко мне, — а что здесь происходит? У нас что, теперь в семье вместо двух чудиков — трое?
За столько лет Костик нам стал почти родным, и я пожала плечами.
— Кажется, Свет, идет урок йоги.
Судя по запаху тушеного мяса и свежего салата, который долетал из кухни, мама усердно готовила ужин, и чем тут занимаются будущие покорители космоса — знать не знала! Иначе бы быстро прекратила это безобразие. Бедный подопытный Котэ мужественно всхлипнул.
— Итак, до открытия чакр осталось десять секунд, — торжественно объявил папа. — Девять секунд… восемь…
Светка взяла меня за руку и потянула за собой:
— Пошли, Кать! Пап, — оглянулась, заметив, как натужился родитель, — ты только сразу все чакры не открывай, ладно? А то как пальнёт! Помни, что рядом Костик!
Но поравнявшись с младшей, вдруг остановилась и строго взглянула на ее оголившийся живот.
— Лялька! Ты что наделала? Тебе мало девяти дырок в ушах и одной в брови, так ты себе еще и пуп проколола?! — спалила она контору младшей, а вместе с ней и все нераскрывшиеся чакры. — Тебе кто разрешил, паршивица? Мама видела? А завтра ты что себе проколешь? Язы…
— Лучше молчи, Светка! — я одернула сестру. — Ты же знаешь Ляльку!
Прокол был недавним, с едва отошедшей корочкой. Но сережка в виде камушка и маленькой летучей мыши смотрелась эффектно, даже я засмотрелась.
Вся компания дружно повалилась на пол.
— Какой пуп? Где пуп? — занервничал папа, приподняв над лысиной пятую точку. — Ольга! А ну отвечай родителю! — о давлении и сосудах он и сам помнил, а потому не спешил подниматься.
— Пап, — пискнула младшая, замерев в той же позе «горки». Костик благоразумно пристроился рядом, оттопырив тощий зад. — Так ты же мне сам разрешил!
— Когда это?
— Когда разговаривал по телефону со своим менеджером! Я тебя спросила, а ты ответил: «Иди, Ляль, и делай что хочешь, только не мешай!». Ну, я и сделала. Свеет! — Олька оглянулась поверх плеча и посмотрела на сестру. — А ты не знаешь, проколоть язык — это больно?
Что именно Светка ответила младшей, я уже не услышала. Потопала на кухню к маме — чмокнуть в щеку и сказать, что я дома, а после ушла в свою комнату. Забравшись на кровать, надела наушники, закрыла глаза, распласталась звездой, и целый час просто наслаждалась музыкой из плеера, давая хаосу мыслей осесть в голове. А когда этот час прошел, решительно встала и подошла к зеркалу в полный рост, встроенному в дверцу раздвижного шкафа, чтобы как следует себя рассмотреть.
Когда мисс «Университет» с подружками сравнила меня с Дуней-гастарбайтер, у которой нет ни фигуры, ни лица, а из одежды имеются только черепашьи очки, клетчатые рубашки и джинсовые комбинезоны — она отчасти сказала правду. Я действительно никогда не обращала внимания на свою фигуру и не стремилась стать красивее, а в одежде выбирала удобство и простоту. Достигнув определенных высот в учебе, изучая языки или часами размышляя над научными парадоксами, в жизни я предпочитала быть неприметной. Считая трату времени на такую ерунду как макияж и прическа — неоправданно лишней. Но в одном они все же ошиблись. Я была знакома с понятием «мода», а мой отец никогда и ничего не жалел для своих дочерей. Так что все мои рубашки и джинсы имели на себе логотип известного английского бренда, специализирующегося на одежде для тинэйджеров, и не каждой семье этот бренд был по карману. Да, все прочно, удобно и практично. Тепло и комфортно из лучших тканей. И до сегодняшнего дня меня это вполне устраивало.
Я расстегнула широкие бретели комбинезона и спустила его к ногам, оставшись в рубашке. Медленно расстегнув пуговицы на груди и запястьях, сняла и ее с плеч. Перешагнула через одежду, оказавшись в носках и белье. Носки мешали, вдруг захотелось увидеть свои ступни голыми, и я избавилась от них. Решив идти до конца, сняла бюстгальтер, оставшись перед зеркалом в одних хлопковых бикини серого цвета. Вытянула руки по швам.
Ну вот, Катя Уфимцева, теперь ты можешь видеть настоящую себя, не спрятанную за мешковатой одеждой. И эта Катя, как видишь, и правда ничего особенного собой не представляет. Обычная девчонка, каких тысячи. Отнюдь не страшила, но тощая и без огонька. Без того самого огонька, который разжигает взгляды парней, заставляя их оборачиваться и смотреть девушке вслед. Вот как они смотрят вслед Агнии Корсак.
Да, вроде бы длинные и ровные ножки, аккуратные ступни. И даже, оказывается, есть талия. Но нет бедер и, увы, почти нет груди. Точнее, она-то есть, вот только ей бы размер побольше. Даже странно, что до сегодняшнего времени меня это ничуточки не волновало.