Одна беда лишь подкосила меня. Но это только потому, что команда теперь не в полном составе.
С этими мыслями я без слёз закрыла чемодан и поставила его к остальным собранным вещам.
- Ну, - вздохнула тётя Ира, потирая ладонями свои бёдра, - присядем на дорожку?
Мы молча присели на свои чемоданы, каждая думая о своём. Я видела по её лицу, что тётя взволнована. Видимо, она переживает, как меня примут её домочадцы. А я не особо об этом переживала. Мне кажется, что теперь я вообще ни о чём волноваться не буду. Мне абсолютно всё равно. Если я не плакала об утрате своей родной семьи, не буду плакать и из-за новой.
Потом также молча, как и сидели, мы тихонько взяли свои сумки, и понесли их вниз, где нас ждало такси, чтобы отвезти в аэропорт.
Я никогда не летала на самолётах прежде, но даже по этому поводу не переживала.
Может быть, произойдёт чудо, и самолёт упадёт, избавив меня от этого глупого существования?
Глава 3
Когда мы приземлились, мне стало стыдно за свои мысли. Я эгоистка. Мне так хотелось разбить этот самолет, что я не подумала о десятках жизней, которые были рядом со мной на борту. У всех есть семьи, которые их любят и ждут. А я так искренне желала, чтобы их родные пережили то, что совсем недавно пережила я.
Плохо. Очень плохо. Спускаясь с трапа самолёта, я мысленно попросила прощения у всех этих людей, а пилотов поблагодарила (также мысленно) за их профессионализм.
Тётя Ира искоса поглядывала на меня, явно переживая. Я сделала вид, будто не вижу этих взглядов.
Прошло ещё не меньше часа, как мы забрали багаж и выбрались из толчеи пассажиров, которые спешили на свой рейс или, наоборот, пытались обогнать нас на выходе из аэропорта.
- Опаздывает… - глядя на часы, сказала тётя Ира.
- Нас должны встретить? – странный вопрос, но я действительно оказалась не готова увидеть семью тёти Иры так скоро.
- Конечно, - ответила тётя таким тоном, будто другого варианта никогда и быть не могло, - как мы понесём все эти сумки сами?
- А кто сказал, что вы их сами понесёте? – сказал низкий мужской голос за нашими спинами. Я почувствовала, как тяжёлая рука опустилась на моё плечо, - Никита.
- Алина, - я повернула голову направо и увидела, что между мной и тётей Ирой стоит высокий черноволосый парень моего возраста.
Его карие глаза улыбаются и светятся добротой и счастьем.
- Мамуль, - повернулся Никита к тёте Ире, - я соскучился.
После этих слов Никита чмокнул тётю Ирину в щёку. Она расплылась в довольной улыбке.
- Ну а тебя пока целовать не буду, - обратился ко мне Никита, - а то ещё чего подумаешь… Сестр ёнка.
Он подмигнул мне и убрал руку с плеча, чтобы закинуть огромную спортивную сумку на плечо, а в руки взять ещё по сумке.
- Валерий Сергеевич, - произнёс улыбчивый мужчина и протянул мне руку, - можно просто дядя Валера. Добро пожаловать!
Я пожала руку дяде Валере и улыбнулась, отметив про себя, что Никита – точная копия своего отца, только помоложе.
Дядя Валера взял оставшиеся чемоданы и мы, под одобрительный кивок тёти Иры пошли к машине.
Как я уже предполагала, машина у этой семьи была, честно сказать, обалденная. Мужчины загрузили сумки в багажник и Никита, как истинный джентльмен, открыл мне дверь.
Мне было не по себе. Я чувствовала себя не в своей тарелке, не в своём мире. Всё это чужое. Всё не моё.
- Не ожидала увидеть такой… город… - тихо произнесла я, посмотрев в окно.
Я прижалась лицом к окну и смотрела, как мимо проносятся современные дома, сливаясь с зелёной зоной, фонтанами и гуляющими парами с колясками.
- Это Омск, а не заброшенная деревня, - сказал Никита также тихо, как и я до этого минуту назад.