Я радуюсь, что десять лет, проведенные в Пайн-Хиллз, не прошли бесследно, хотя, уверена, не всякая женщина сочла бы подобное сравнение комплиментом. В этот момент ко мне подходит Минди, размахивая своей папкой с надписью «Продюсер фрагмента».
— Превосходно, Джесс, вы держались потрясающе, — весело говорит она. — Я так рада, что не придется переснимать сцену первой встречи. Все прекрасно получилось с первого дубля. Вы очень правдоподобно изобразили удивление.
— Но я действительно удивлена, — говорю я. Похоже, это объяснение ни одному из них не пришло в голову. — И что здесь все-таки происходит? Вы не можете просто так являться ко мне в дом.
— Мы получили все необходимые разрешения. — Минди улыбается. — От вашей дочери.
— Но ей только одиннадцать!
— Совершенно верно! — Минди улыбается еще шире.
Как Джен могла, все зная, ничего не сказать мне?
Наверно, я перестаралась, убеждая ее, что нужно всегда выполнять свои обещания. Надо было сделать оговорку: то, чему тебя учат в воскресной школе, не обязательно применять к продюсерам телевизионных реалити-шоу.
— А теперь вы с Баулдером можете пройти в дом и немного поболтать, пока мы будем готовиться к съемке следующей сцены. Но не выдавайте друг другу никаких секретов, — предостерегает нас Минди. — Мы хотим запечатлеть на пленке, как вы начинаете узнавать друг друга.
— Превосходный способ завязать отношения — сообщать о себе интимные подробности перед камерой.
— Кстати, — продолжает Минди, — следующую сцену мне хотелось бы снять на кухне, если вы, конечно, не возражаете.
— Конечно, я возражаю, — отвечаю я, начиная закипать. — Там все перемазано жидким тестом. Сначала я должна хотя бы немного убраться.
— Реквизитор и два помощника приведут кухню в полный порядок, — говорит Минди таким тоном, словно санитарная команда из трех человек — обычное дело в каждом доме. — Мы даже захватили с собой овсяную муку, на тот случай, если у вас нет. Компания «Квакер оутс» заплатила нам за скрытую рекламу.
А я-то думала, что получу одного только Баулдера.
Укрывшись в доме от солнечного света и вспышек фотокамер — такое двойное освещение не очень-то выгодно в моем возрасте, к тому же на мне нет косметики, — я пытаюсь вновь обрести спокойствие.
— Не хотите что-нибудь выпить? — спрашиваю я Баулдера, стараясь казаться гостеприимной хозяйкой.
— Нет, спасибо. Я состою в обществе анонимных алкоголиков, — радостно отвечает он.
— Может, апельсиновый сок? — не отступаю я, поскольку изначально именно его и имела в виду.
— Сок я тоже не пью. — Он расплывается в улыбке. — Только с пониженным содержанием кислоты. У вас есть соевое молоко?
— Нет. А воду вы пьете?
— Конечно. Если это «Перье» или «Пеллегрино». Можно даже «Поулэнд спринг», — добродушно добавляет он.
— А как насчет воды «Пайн-Хиллз»?
— Никогда не слыхал о такой, но рискну, — отважно соглашается Баулдер.
Я протягиваю ему стакан воды из-под крана и пытаюсь сообразить, что у меня с ним может быть общего. Пожалуй, ничего.
— Вы правда серфингист? — наконец спрашиваю я, вспомнив статью в «Космополитене».
— Конечно. В Малибу я каждый день тренируюсь по десять часов. Но на самом деле мне бы хотелось сниматься в кино, — говорит он таким тоном, словно эта мысль никому до него не приходила в голову. — Между прочим — просто чтоб вы знали, — я вступил в общество анонимных алкоголиков с единственной целью завязать знакомства. На встречах в Санта-Монике, которые проходят в семь утра, обычно собирается все руководство студии. Там можно узнать абсолютно все о каждом из них.
— Я это запомню, — говорю я, хотя пока еще точно не знаю, стоит ли загружать драгоценные клетки мозга подобной информацией.
— Но Боже вас упаси пойти на четырехчасовые собрания в Венис-Бич, — любезно добавляет он. — Их посещают только неудачники.
Я оглядываю кухню, уже приведенную в порядок двумя помощниками. Они на совесть потрудились над раковинами. Может, предложить снять следующую сцену в ванной Джен?
Баулдер протискивается мимо штатива камеры, установленного рядом с кухонным столом, и вновь заключает меня в медвежьи объятия.
— Вы можете в это поверить? — восторженно спрашивает он. — Мы сделали это! Вы и я! Мы попали не только на страницы журнала, но и в телешоу!
— Да, я тоже очень удивлена. — Мне приходится тщательно подбирать слова. — Я хочу сказать, мне понятно, почему они выбрали вас. Но вот что заставило вас выбрать меня?