Но на серьезную защиту они все же рассчитаны не были.
— Внимание всем! — объявил по рации Семен Владиславович. — Отходим к убежищу!
Грохот взрыва послужил ему ответом.
— Проклятье, двери выбили, — произнес он, и тут же в посольство ворвались закованные в броню бойцы итальянской армии.
Вот и все, понял Семен Владиславович, глядя на наставленные в его сторону стволы крупнокалиберных винтовок. Он уже ожидал, что сейчас кто-то из итальянцев спустит курок, и никакой бронежилет, скрытый под пиджаком, не спасет.
Но вместо этого помещение окутал кромешный мрак.
Вот теперь все, подумал Семен Владиславович. Однако вопреки его мыслям, свет вернулся, и майор Службы Имперской Безопасности увидел лежащие на полу тела. Оружие, артефакты, броня — все это лежало так, что опытный глаз тут же понял — никаких солдат внутри доспехов уже не осталось.
— Я, кажется, велел всех собрать в одном месте, — прозвучал знакомый голос за спиной майора.
Иван Владимирович Моров.
— Иван Владимирович! — не скрывая облегчения, воскликнул посол.
— Нам здесь не рады, — продолжил говорить я. — Каков план эвакуации, майор? Где ваши люди?
Во двор посольства, сбивая кованый забор, влетели несколько машин представительского класса. Естественно, защищенные по последнему слову. Из них высыпали бравые парни в дорогих костюмах.
Магический взор тут же определил, что в багажниках машин спрятаны зачарованные доспехи. И не менее сильные заклинания наложены на гражданскую одежду.
— А вот и мои люди, — ответил майор. — Были на задании, ваше сиятельство.
Я кивнул ему.
— Как будем выбираться из Рима? — напомнил я свой вопрос.
— Нас должен ждать самолет, — ответил тот. — Внимание, все по машинам! Прокопьев!
Один из прибывших бойцов тут же отозвался.
— Здесь, майор.
— Немедленно одевайтесь! — распорядился Семен Владиславович. — Эвакуируем посольство.
— Я уже уничтожил все бумаги, — сообщил стоящий рядом с нами посол.
— Тогда все по машинам.
Бойцы тут же стали облачаться в доспехи, и один за другим пропадали из поля зрения. Естественно, магический взор их никак не показывал — разработку Панфилов довел до ума уже достаточно давно. Меня даже порадовало, что усиление посольства успело получить их.
Конечно, это не гарантировало, что системы наведения, которые использовали те же британские ПВО, пропустят наших бойцов. Но сейчас такое в Риме начнется, пока мы будем до самолета добираться, что уже ни о какой конспирации речи не идет. А элемент неожиданности все равно останется.
— Кто-нибудь может мне сказать, что случилось вообще? — остановившись у машины, в которую только что нырнул посол, спросил я.
Майор взглянул на меня, как на последнего идиота.
— Это война, князь, — сообщил он. — И кто бы нападение ни санкционировал, это уже не имеет значения.
Он немного помялся, прежде чем продолжить.
— Говорите, Семен Владиславович, — кивнул ему я.
— Вы прикроете гражданских, князь? Мы-то люди служивые, нам по долгу предписано себя не щадить. Но они, — обвел машины широким жестом он, — люди не военные.
— Для того я и здесь, майор.
Машины выкатились на дорогу, невидимые бойцы в доспехах оккупировали крыши и передвигались по домам. А я летел в небе, наблюдая за тем, что происходит в городе.
И каково же было мое удивление, когда я увидел, что к зданию правительства подтягиваются военные броневики. Немногочисленная охрана отстреливалась из окон, но надолго их не хватит.
Это переворот, что ли?
Италия, Милан, тайный подземный комплекс.
В полном мраке внушительного ангара царила полная тишина. Лишь магические рисунки переливались на поверхностях да в установках. Несколько рядов одинаковых капсул стояли посреди зала, готовые ожить и выпустить наружу лежащее внутри тело.
Джованни сделал первый вдох и резко распахнул глаза. Сквозь сразу же запотевшее стекло ничего не было видно — снаружи оказалось темно, даже свет лампочек от приборов не попадал в обзор.
С трудом пошевелив рукой, его преподобие нащупал ручку аварийного открытия. Но пальцы отказывались сжаться на ней, и уж тем более о том, чтобы потянуть, приложив достаточные усилия, не было и речи.
В голове кардинала мелькнуло несколько мыслей одновременно. Сперва он вспомнил человека, который тайно прокрался в его особняк и, притворившись слугой, убил монсеньора. Это лицо Джованни теперь будет помнить все те годы, что будет жить, перескакивая из одного тела в другое.