Осталось разобраться с императором и его отношением к моему роду и дальше спокойно заниматься своими делами. Сесть на трон я мог легко в любой момент с тех пор, как открыл себе седьмой узел. Но уровень головной боли у князя и императора — несопоставим. Не хотелось бы влезать в эту упряжь по собственной инициативе, но Виктор Константинович может не оставить мне выбора.
С другой стороны — Иван Владимирович Моров, император Российский, конечно, звучит. Да и для Александра быть цесаревичем куда лучший старт, чем княжичем. Возможно, Снежка не готова стать императрицей, но от нее я многого требовать и не стану в любом случае. Не важно, как было заведено у остальных, моя супруга имеет лишь одну обязанность — заботиться о внутреннем комфорте нашей семьи.
Покатав в голове эту мысль, я допил-таки свой кофе и решительно поднялся на ноги. Стоит навестить супругу Окунева, раз уж пообещал за ней присматривать в отсутствие Василия Владимировича.
Стоило покинуть покои, как рядом тут же оказалась Наталья.
— Ваше сиятельство, — поклонилась она.
— Машину, — отдал распоряжение я. — И княгиню сегодня не будить. Пусть отдохнет как следует.
— Будет исполнено, Иван Владимирович.
Пока я спускался к выходу, «Коршун» уже был полностью готов к поездке. Водитель поклонился, прежде чем открыть передо мной заднюю дверь автомобиля, и я забрался внутрь.
— Куда поедем, ваше сиятельство? — уточнил он, заняв место за рулем.
— К Окуневым, — распорядился я.
— Домчим с ветерком, — ответил тот.
Автомобиль, доставшийся мне в наследство от Александра Васильевича Морова, набрал скорость с места. Я же откинулся на спинку сидения и смотрел на проплывающий за окном город. Царьград под нашим правлением расцветал. Происходящие перемены были видны невооруженным глазом.
Что ни говори, а приятно было наблюдать, как меняется колыбель православной религии. Если прежде здесь еще хватало турецких следов, то теперь город все больше обретал сходство с Российской Империей. Да, оставались в огромном количестве мечети, и гражданская архитектура отличалась, но это Черное море, тут иначе и жить-то невозможно.
Но особенно меня радовали дети. Их было чертовски много на улицах города, и это было ярчайшим показателем благополучия. Там, где все плохо, никакой родитель не отпустит свое чадо гулять без присмотра. А здесь — не площадки во дворах, а настоящие городки, на которых можно лазить, кататься и делать все то, что так нравится делать в самом юном возрасте. Ни одной вывески на греческом или турецком, только русский. Цены на выставленных на улицу меню в заведениях — исключительно в рублях.
Отведенная для Окуневых резиденция располагалась неподалеку. Так что через какие-то двадцать минут автомобиль уже въехал на огороженную территорию. Слуги, привезенные моим двоюродным дядей из какого-то дальнего имения, уже занимались облагораживанием территории и исполнением других обязанностей.
— Добро пожаловать, ваше сиятельство, — поклонившись, поприветствовал меня один из них. — Разрешите проводить вас в гостиную? Елена Игоревна будет готова принять вас через десять минут.
Я осмотрелся по сторонам. На улице была достаточно приятная погода, светило солнце, ветер с моря не давал температуре подниматься слишком высоко. До наступления действительно жаркого времени еще оставалось несколько часов.
— Я пока погуляю по саду, — приняв решение, ответил я. — Позовите меня, когда госпожа Окунева будет готова со мной встретиться. И передайте ей, что она может не торопиться, я сегодня никуда не спешу.
Конечно, не положено князей так принимать. Но Василий Владимирович от меня этот особняк получил. Да и Елена Игоревна все-таки беременна, чего ее гонять лишний раз?
— Как пожелаете, ваше сиятельство.
Только через полчаса, когда я сидел в беседке, наслаждаясь погодой и кофе, который мне подали люди Окуневых, ко мне присоединилась хозяйка особняка.
— Доброе утро, ваше сиятельство, — прежде чем войти, склонила голову она. — Простите, что заставила вас ждать.
— Оставьте формальности, Елена Игоревна, — поднявшись на ноги, отмахнулся я. — Присаживайтесь.
Взяв ее под руку, я помог Окуневой занять место на лавке и только после этого вернулся на свое место. Нужно признать, за то время, что мы не виделись, она серьезно изменилась, что немудрено — ей ведь уже скоро рожать. Но помимо этого я заметил, как сияют ее глаза, Елена Игоревна определенно была счастлива от осознания, что совсем скоро станет матерью.
— Мой супруг писал, что вы наверняка меня навестите, но я не знала, что так скоро, — наблюдая за тем, как пришедшая с ней прислуга наливает чай, сказала она. — Я за него очень волнуюсь, Иван Владимирович…