Жуткая картина казни ужасала своей бессмысленностью, но московские государи ненавидели и боялись вятских ушкуйников, которые не раз и не два грабили московские земли. Да и в ужас пришел лишь один Андрей, остальные воспринимали происходящее обыденно. Да, не повезло вятчанам, но на их месте при ином исходе битвы вполне могли оказаться москвичи с резанцами. И не знаешь, что лучше: либо быстрая смерть в проруби, либо татарская неволя. Обычно-то полон ратный продавали татарам.
Андрей, постояв на берегу еще с полчаса, не стал больше смотреть на продолжавшуюся казнь, ушел к себе в шатер и снова напился до бессознательного состояния.
Двор служилого князя за ночь увеличился на три дюжины воинов. Пленникам братья предложили нехитрый выбор: либо дать клятву верности князю и влиться в ряды славных воинов, либо их отдадут в руки московского государя.
Московский князь действовал вопреки старине, потребовав от бояр отдать ему всех пленников. Полон 'по старине' принадлежал тому, кто его захватил, но разве станешь спорить с Московским государем, когда его войска практически не понесли потери. Бояре с ворчанием отдавали пленников в руки московских воев. Сенька, шнырявший всю ночь по пьяному табору, подслушал разговор московских бояр о незавидной судьбе, ожидающей вятских пленников.
Торопливо вернувшись назад, он самовольно от лица князя предложил пленникам перейти на службу. Почти все мужики согласились, лишь четверо хмурых бородачей отказались от предложения, и утром отказники были переданы в руки москвичей.
Андрей в этой битве потерял дюжину убитыми и тяжелораненых было больше десятка, что немудрено. Остальные вои отделались синяками и легкими ранами. В общем, маленькому войску служилого князя и боярина крупно повезло. Резанскому войску повезло куда как меньше.
Если быть честным, то лишь московское войско почти не понесло потерь, как и дружина Шемяки осталась целехонька. Московский князь сам ли или по совету своих ближних бояр подставил под удар дружины Можайского, Резанского и остальных князей, тем самым чуточку, но ослабил своих союзников. Резанский князь в этом кровопролитном сражении только убитыми потерял третью часть своего войска.
А лошади? Лошадей погибла тьма тьмущая, и все боевые комони. Немецкие лошадки, доставшиеся ушлым боярам в качестве трофея, радости не приносили. Бояре в Резанском княжестве к татарским лошадкам привычку имели. Обозные лошадки тоже большой ценности не представляли. Все оружие и доспехи с поля боя поделят на всех, доля резанцев будет приличная, но что толку, ведь доспехи все посечены и половина годна лишь к использованию после починки. Остальное — лом, годный лишь на тегиляи или на худой конец на гвозди или косы перековать. Свои доспехи не в лучшем состоянии.
Бояре в преследовании вятчан участия не принимали и лишились возможности захватить трофеи в личную собственность. Полон, взятый в бою, московский князь отобрал. В общем, разор один от такой войны.
Тяжелые потери, как людские, так и материальные, усиливали зависимость Резанского князя от Московского княжества, в случае конфликта с татарами только московские рати могли бы защитить резанскую землю от врага, собственных сил у Резанского князя не хватит. Еще парочка таких сражений, и Резанцы навсегда смогут распрощаться с мечтами о независимости от Москвы.
Москва встретила победителей трескучими морозами. Во дворце московского князя закатили грандиозную пьянку по случаю блестящей победы. Андрей посидел пару дней на пирах, да и сказался больным. Бояре союзных князей потихоньку разъезжались. Князья же остались пировать у московского князя.
Все свободное время Андрей посвятил обучению холопов обращению с огнестрельным оружием. Захваченные в ливонском замке несколько ручниц оказались разного калибра, но стрельба велась не пулями, а дробью. От того Андрей не заморачивался. Все равно прицельная стрельба в принципе невозможна из таких стволов. В бою они эффективны лишь на короткой дистанции. И процесс заряжания весьма долог. Зато поражающая сила впечатляла. Пока и эти трофеи сгодятся. Потом под видом усовершенствования можно будет предъявить прихваченные с собой модернизированные пищали.
На стрельбах за городом застал Андрея посланник, предъявивший опознавательный знак. Прибыл он в сопровождении двух десятков дюжих монахов. Монахи статью напоминали скорее профессиональных воинов. Под широкими рясами угадывались брони.
Оставив Луку продолжать учебные стрельбы, Андрей вместе с монахами, не торопясь, поехал в город. В доме монах, словно хозяин, уселся в кресло Андрея и с наслаждением вытянул ноги. Попросил подать плед, лежащий на лавке. В комнате было тепло, можно сказать даже жарко, но старческие кости мерзли, и монах закутался в плед. Молчание затягивалось. Андрей не садился, ждал, что скажет посланник. Судя по тому, как вел себя монах, не последний он человек в братстве. Наконец монах заговорил:
— Удача сопутствует тебе князь. Наслышаны мы о делах твоих. Однако ж не немцы нас заботят. И даже не Литва. Отправляйся в вотчину свою, исполчай людей. Пойдешь в степь. В вотчине тебя будет ждать проводник от татар Кичи-Мухаммеда. Татары ноне враждуют между собой. Хоть и принес хан немало горя резанскому княжеству, поможем слабому хану одолеть сильного. Улу-Мухаммед после смерти Витовта некрепко стоит на ногах, вот мы и подтолкнем тихонечко хана в спину. Пойдешь в степь с дружком своим боярином Масловым. Князь резанский сделает вид, что не знает о вашем походе. Ни к чему ему отношения с Махметкой портить. Да вот что еще… Литовские бояре с вами пойдут.
— Литовские бояре? — удивленно переспросил Андрей.
— Что тебя так удивляет? — не понял причину удивления собеседника монах.
— Так мы Литву воевали… — привел аргумент князь.
— Не Литву, а врагов веры нашей. А вера у нас одна по всей Руси, — поправил Андрея святой отец.
— Я понял, понял. Сделаем в лучшем виде. А если царь в поход на Русь в отместку двинет?
— Для того и идете, что бы не с кем ему было в поход идти. И было чем заняться хану. Пускай соперников своих присмиряет. А на Русь он придет… Только вот кем? Царем татарским или просителем, равным московскому князю? Сие от тебя зависит.
— Я бумаги в ливонском замке прибрал, — сменил тему разговора Андрей, доставая из-под лавки сундучок с грамотами и водружая его на стол. — Там полно всяких писем.
— Посмотрим, что за письма… — посланец с интересом рассматривал грамоты, ничуть не смущаясь того, что многие из них писаны на латыни. — А пока вели обоз снаряжать, что положено, грузи в возки. Заберем все сразу. Иди, распорядись, я пока на письма гляну, — отдав распоряжение, монах словно забыл о существовании Андрея продолжая изучать переписку покойного барона.
Андрей понял, что скучать не придется. Впереди его ждал поход на татар. И очень интересный поход, судя по его предполагаемым участникам. Некая коалиция княжеств. Только отчего-то без самих князей. Те, по старой привычке, гнули выю перед ордынским царем. С детства воспитывались князья в беспрекословном подчинении ордынскому царю. Пойти против царя и даже помыслить противу него, князья не могли. Бояре — другое дело. Для русских бояр слабеющая Орда — источник дохода.
Поход Дмитрия Донского не исключение. Противником князя Дмитрия был не царь, а узурпатор. А легитимный царь потому и пошел потом на Дмитрия, чтобы хан московского улуса лишнего не подумал и не возомнил себя невесть кем. Соблазн самому стать царем у Дмитрия определенно присутствовал, но сюзерен напомнил вассалу, кто есть кто в Орде. Силы пока еще оставались неравны. Но это пока…
Александр Логинов.
Пермь.
2012 год.