Это что у него? Какое-то улучшение? Что за хрень металлическая на теле этого поца? Ускорение? Мощь? Ну да, такое может быть от мобильного экзоскелета!
Так вот почему он не раздевался и вот почему спровоцировал на бой! Вот в чём причина самоуверенности этого засранца!
А я случайно сломал дорогую штукенцию? Ну, теперь пришла пора ломать и самого хозяина этой приблуды!
— Я тебя закопаю! — в красивом прыжке Косматый поднялся на обе ноги и ринулся в бой.
Но теперь для меня Косматов двигался, как муха в густом киселе. Я видел, как напрягаются мышцы. Видел, как распределяется вес на опорную ногу. Видел его широко раскрытые в предвкушении триумфа глаза.
— Главное для аристократа — не ударить лицом в грязь! — крикнул я в ответ и тут же использовал «Скольжение».
Я даже не стал уворачиваться корпусом. Просто сместил центр тяжести и скользнул вправо на полметра. Плавно, словно по льду.
Кулак Сергея с воем распорол воздух ровно там, где секунду назад находилось мое солнечное сплетение. Сила удара была такова, что Косматова зверски повело вперед по инерции.
Я не стал его бить. Я просто аккуратно, кончиками пальцев, подтолкнул его под локоть в направлении его же собственного движения. Придал, так сказать, небольшое ускорение. Ещё и пендаля добавил!
Серёжа смешно взмахнул руками, споткнулся о свои же ноги и с грацией тюленя вспахал носом кварцевый песок, проехав на пузе метра три.
Трибуны ахнули. Кто-то нервно хохотнул.
— Поднимайся, Серёжа, — вежливо попросил я, отряхивая невидимую пылинку с рукава. — Ты как-то слишком буквально воспринял мою фразу «ударить лицом в грязь».
Косматов вскочил, отплевываясь от песка. Его лицо было красным, как перезрелый помидор. Глаза налились кровью.
— Ах ты гнида… Тебе просто повезло! — прорычал он и снова бросился в атаку.
На этот раз он начал махать руками, как будто представил себя вентилятором. Удары сыпались градом: хуки, апперкоты, прямые. Каждый такой удар, усиленный механикой и живицей, мог пробить кирпичную стену. Но вот механика-то поломалась!
Я чувствовал, как гудит воздух вокруг его кулаков.
Я ушел в глухую защиту? Нет. Я просто перестал быть там, куда он бил. Отскакивал и уклонялся. Играл с этим паяцем!
— Стой на месте, трус! — провизжал Сергей, тяжело дыша.
А вот и главный минус его читерства. Экзоскелет силу придает, а вот дыхалку не прокачивает. А его разогретые живицей мышцы и так жрали прорву кислорода. Парень банально начал задыхаться и вскоре должен поплыть от гипероксии — кислородного перенасыщения.
— А то что? — поинтересовался я, изящно ныряя под очередной размашистый хук и оказываясь у него за спиной. — Ты пожалуешься маме, что плохой мальчик не хочет стоять и ждать, пока ты ему сделаешь ай-яй-яй?
— Я… Я… Я тебя убью! — прорычал он, уже задыхаясь и кривясь.
Как бы «кондрашка» не хватила паренька!
Ладно. Хватит игр. Пора было заканчивать этот цирк. Мне предстояло еще столько важных дел, а я трачу время на тестирование некачественной поделки.
Я позволил ему развернуться и нанести коронный удар ногой с разворота. Ещё и молнию подключил, чтобы бахнуло в челюсть электрошокером.
Глупая, предсказуемая классика. Эффектно, но не эффективно. Ногами на такой высоте машут только в фильмах и на спортивных состязаниях. В реальном бою тебе могут пару раз навесить кулаком, пока ты задираешь ногу. Да ещё и ногу подсекут, чтобы грохнулся на горб и выбил весь воздух из лёгких.
Когда его нога взлетела в воздух, я сделал короткий, резкий шаг навстречу, сокращая дистанцию. И нанес два очень легких, практически хирургических удара.
Первый — костяшкой указательного пальца в подмышечную впадину, точно в нервный узел. Рука Сергея мгновенно онемела и безвольно повисла плетью.
Второй удар был интереснее. Я использовал ускорение и ударил ребром ладони чуть выше поясницы Косматова. Туда, куда уже бил раньше и где наверняка сходились силовые линии его подпольного экзоскелета и центральный узел.
Да! Я всё верно рассчитал.
Раздался громкий металлический щелчок, похожий на звук лопнувшей гитарной струны.
Экзоскелет, не выдержав ведарского вмешательства в свою тонкую энергоструктуру, перешел в аварийный режим и сделал единственное, что было заложено в его базовой программе безопасности. Он заблокировал все сервоприводы.
Косматов, находившийся в середине удара, внезапно застыл в совершенно нелепой позе: одна нога поднята, туловище перекошено, лицо искажено гримасой ярости, стремительно переходящей в панику. Потеряв равновесие, он рухнул на песок, как деревянный манекен из магазина одежды, не сумев даже подставить руки.