Чуть поодаль от них расположился князь Фрол Терентьевич Долгополый. Он сжимал в тонких пальцах небольшой блокнот из натуральной кожи. Видимо, старый интриган планирует записать туда все совершенные прегрешения. Его спокойные глаза внимательно изучали обстановку.
Император властным жестом показал нам на кресла.
— Присаживайтесь, молодые люди. Можете без ненужных расшаркиваний и благодарений. Ни к чему они пока.
Мы с Яромиром синхронно кивнули и уселись на мягкие сиденья. Дорогая кожа скрипнула под нашим весом.
Секретарь императора выступил вперед и торжественно провозгласил хорошо поставленным голосом:
— Елисей Святославович и Яромир Святославович! Государь пригласил вас для разбирательства по делу боярина Мезинцева. Боярин обвинил Святослава Васильевича в прямом попрании права частной собственности и дерзком захвате территории!
Что? Какая возмутительная клевета! Я про себя чуть ли не захлебнулся от такого лицемерия. Мы же действовали исключительно в рамках вежливой дипломатии. Попытались договориться с Мезинцевым, но… Вероятно, мы ошиблись в том, что он сдавал помещения клану Ночных Хищников и не знал про это. Наш тон во время беседы был предельно учтивым. И вот что произошло?
Яромир было дёрнулся встать, но под выразительным взглядом отца сел на место. Только желваки нервно задёргались под кожей щёк.
— Боярин Мезинцев, Константин Егорович, вы понимаете, в чём вы обвиняете род Ярославских? — спросил император.
— Да, Ваше Величество, — чуть дрогнувшим голосом произнёс Мезинцев. — Я обвиняю их в том, что они своим присутствием и своими намёками вынудили меня подписать дарственную на территорию складов.
Яромир снова попытался было вскочить, но взгляд отца пригвоздил его к месту. Император откинулся на кресло, взглянул на секретаря и тот моментально поклонился. Вышколенный какой. Сразу понял, что это он должен вести допрос.
Император будет просто наблюдать со стороны. В случае чего задаст уточняющий вопрос, но пока что будет просто смотреть за ответчиками.
— В чём заключается суть вашего обвинения? — спросил секретарь.
— Как я уже говорил раньше — род Ярославских заявился ко мне в главный автосалон и начал намёками склонять меня к тому, чтобы я подписал документы! — заявил боярин. — В ином случае мне угрожали смертью.
— И почему они явились к вам? — спросил секретарь.
— Насколько я понял — кого-то из слуг Ярославских ранили на моей территории, — не моргнув и глазом, произнёс Константин Егорович. — А Святослав Васильевич вместе с сыновьями приехали разбираться по этому поводу. Так как я отвечаю за своих людей, то был вынужден подписать, чтобы меня не растоптал более древний род. У меня есть видео с камеры кабинета.
Ну прямо разжалобил! Вот он, всеми обиженный барсук, а мы жадные и коварные тигры, которые прижали его к стенке и вынудили отдать родовые земли.
Ну и какой же он после этого барсук? Да он крыса, которой не место на земле! И сейчас эту крысу…
Я заметил, как отец смотрит на меня, взглянул в ответ. Он едва заметно качнул головой влево-вправо.
Твою же дивизию! Ядрёна медь!
Ведь отец дал слово Ярославских!
А это значит, что мы не должны упоминать про мертвяков и Опасные земли! Но, как же так?
Неужели из-за данного слова мы сейчас должны сидеть и обтекать, пока нас обвиняют во всех смертных грехах?
— Правда ли это, боярин Святослав Васильевич? — император взглянул на отца. — И учтите, что мы видели видео, где вы рассказывали сказку про волка, барсука и тигра. Должен сказать, что лев сейчас находится в затруднительном положении относительно всей этой сказки.
— Ваше Императорское Величество! Меня безмерно удивляют подобные слова Константина Егоровича, — ровным и благородным тоном ответил отец. — Род Ярославских всегда чтил законы Империи. Мы никогда не посягали на чужое имущество. Наше присутствие в автосалоне носило исключительно мирный характер. Мы приехали выбрать новый автомобиль для моего младшего сына. Константин Егорович был неправ, и он это прекрасно знает. Что касается упомянутых земель, то это и в самом деле была вира за… ранение моего человека!
Мезинцев покраснел от злости. Он в гневе взмахнул руками и чуть не уронил кресло, на котором сидел.
— Ваше Величество! Это наглая ложь! — громко кричит он. — Они привели с собой людей с оружием! Они заставили меня переписать склады! Их человек по имени Гордей угрожал мне! Угрожал не то, чтобы расправой, а прямым началом войны! Я требую аннулировать этот незаконный договор!!!