Он сверлит меня взглядом, которым можно продырявить бетонную плиту. Потом кивает и позволяет мне встать. Он поворачивается к своим товарищам и произносит три слова: «С этим все».
Он читает на моем лице: я принял решение.
Из 220 парней, начавших базовый курс подготовки «морских котиков», до конца дошло меньше двух дюжин. Тем вечером на пляже, во время первого этапа отбора я понял две вещи. Во-первых, что я – один из тех немногих, кто пойдет до самого конца. Во-вторых, я понял, почему многие не станут этого делать. Причиной была не их слабость и не трудность испытаний.
Многие сдались только по одной причине: они так и не начали курс.
Те, кто прошел его до конца, не были самыми сильными. Мы не были более способными, не обладали самыми несгибаемыми характерами. Просто мы решили, что сделаем это.
Управление страхом начинается с принятия решения. Вы можете считать, что в основе важных, возможно, даже судьбоносных решений лежит смелость. Это не так. Все совсем наоборот. Сила и смелость являются следствием, а причина кроется в решении.
Именно решение становится первым шагом.
Решитесь на решение
Решения не берутся из воздуха. Вы должны сознательно стать тем, кто эти решения принимает. Вы должны решиться на то, чтобы решиться.
Я знаю, что это звучит как рекурсия, но это чистейшая правда. Многие люди проживают всю жизнь, ни разу так и не приняв ни одного решения. По крайней мере, ни одного важного решения. Конечно, они решают, что будут смотреть сегодня по телевизору или какую пару носков надеть утром. Они выбирают тему своего диплома в колледже и даже карьеру. Но даже такие определяющие судьбу решения люди принимают во многом неосознанно, не бередя душу глубокими раздумьями и не принимая на себя всей ответственности – просто выбирают то, что лежит под рукой. Иногда люди повторяют путь своих родителей, иногда – старшего брата или сестры или делают то, чего от них ждут окружающие. Или то, что делают их друзья. Или то, что на тот момент кажется самым разумным.
На мой взгляд, такую жизнь нельзя назвать полной. И так уж точно не научишься управлять страхом.
Первый и самый важный шаг на пути к управлению страхом – это принять решение, которое корнями сидело бы в ваших костях, в вашем характере, в вашей душе. Для этого вы должны решить стать человеком, который принимает решения.
Вы должны решиться на решение.
Меня этому научил отец, и поначалу я возненавидел его урок.
Моя семья жила в горах Британской Колумбии, провинции на западе Канады, пока мне не исполнилось восемь лет, а потом отец решил, что настало время исполнить их с матерью давнюю мечту и совершить кругосветное путешествие под парусами. Они купили яхту и поплыли в город Вентура в штате Калифорния. На борту этой яхты мы и провели следующие семь или восемь лет.
Жить в Калифорнии на паруснике – почти то же самое, что жить в трейлере в Техасе. В школе меня звали «парень с лодки». Мне такая жизнь очень нравилась; каждое утро перед школой я занимался серфингом. С 12 лет я начал работать на дайв-боте, и это занятие мне тоже было по душе. К 15 годам я жил лучше не придумаешь: хорошо зарабатывал, продавая пойманных лобстеров своим друзьям – владельцам ресторана (наверняка это было незаконно), и очень ждал, когда мне наконец исполнится 16, я получу водительские права и начну ухлестывать за девушками.
И вот как-то вечером отец сделал заявление. «Мы все говорим о путешествии, в которое однажды отправимся. Поплывем туда, поплывем сюда и все такое прочее. А я не собираюсь быть одним из тех, кто всю жизнь о чем-то говорит и так никогда этого и не делает».
Он сказал: «Мы отправляемся» – и не шутил.
Я очень рассердился. Мне нравилась моя жизнь, и я не желал ее менять. Я совершенно не хотел плыть в семейное путешествие. Но, несмотря на это, мы отправились. Родители записали нас с сестрой в программы удаленного обучения, и вот мы уже плывем вдоль побережья Мексики, начиная тридцатидневный бросок до самого сердца Тихого океана в тысячах миль от нас.
К тому моменту, когда наш парусник достиг Маркизских островов, мы с отцом горячо спорили из-за каких-то нюансов корабельного дела. Восемьсот миль спустя, когда мы доплыли до Таити, размолвки между нами стали настолько серьезными, что стало очевидно: один из нас должен уйти. Лодка принадлежала отцу, поэтому ушел я. На следующий день я стоял на острове в Тихом океане и говорил себе: «Черт, да быть того не может!»
Когда лодка со всей моей семьей на борту отчалила от Таити, меня на ней не было.
Я оставил на родительской яхте все, что брал с собой, то есть практически все, что у меня вообще тогда было: инвентарь для ныряния с аквалангом, ружье для подводной охоты, коллекцию ножей, кучу книг. Все мое имущество. Родители помогли мне найти экипаж, направлявшийся в сторону Гавайев (под «экипажем» я имею в виду молодую пару с трехлетним сыном, путешествовавшую на сорокафутовом катамаране). Следующие две недели мы с моими новыми попутчиками плыли по открытым водам на север, направляясь в сторону острова Хило. Совсем недавно я отпраздновал шестнадцатый день рожденья, а теперь оказался один среди чужаков на просторах Тихого океана. Первые несколько ночей я засыпал, убаюканный своими горькими слезами. Я был очень напуган.