— Так. Что-то вы меня окончательно запутали. Пути Господни, как говорится...
Они дошли до дороги. Странный человек в очках остановился.
— А почему вы остановились? — спросил журналист.
— Так светофор же.
— И что?
— Мне еще нужно добраться до пекарни. А перейди я сейчас, могу и не попасть.
— Так вы же бог. А боги, как известно, бессмертны и всемогущи.
— Ну, что вы хотите? Дайте мне спокойно дойти.
— Слушайте, а покажите, что вы бог. Взмахните рукой, явите чудо! Да хоть светофор переключите. На синий!
Человек в очках пристально посмотрел на журналиста.
— Я бог, а не фокусник. И не джинн исполнять ваши прихоти.
— Ну, вот и доказательство, что вы не бог!
— Сами-то давно пятую точку ради другого отрывали? А я точно знаю, что давно. Почти что никогда. И откуда в людях такое детское мышление: купи мне шоколадку или ты мне не мать? Зеленый.
— Что?
— Светофор, говорю, — странный человек зашагал по «зебре».
Молодой человек засеменил рядом.
— Если все мы в вашей голове, все — просто плод ее фантазии, то и существуем мы только в вашем поле зрения? Да? Как у философов, когда я закрываю глаза, мир исчезает?
— Если вы посмотрите на этот дом, а потом закроете глаза, вы разве забудете дом?
— Нет.
— Вот и я не забуду. Значит, и моргать могу спокойно.
— Это хорошо. Глазные капли дороговаты.
— А то!
В нос ударил аромат сдобы, который ни с чем не спутать. Аромат доброты и заботы. Аромат детства.
— Вооот! — протянул человек в очках. — Чувствуете? Уже почти дошли.
— Да, гораздо приятнее чувствовать финал мира по запаху булок, а не по запаху обгоревшей в ядерном пламени кожи.
— А вы знаток.
— Получается, всё зря. Всё, чем живут люди. Растят детей, строят дома, меняют работу — всё не имеет значения.
— Почему же?
— Потому что это сейчас закончится.
— Но ведь еще не закончилось, — человек в очках опять хитро прищурился, — а время — штука растяжимая. Поверьте мне.
— О! Слышу слова пусть не бога, но проповедника.
— Мне показалось, что люди будут только рады концу. Вы же постоянно ноете. Всем недовольны. Мир вам не идеален, видите ли. Значит, надо стереть этот и создать новый. Но уж, извините, без людей. Создам идеальный мир с идеальными созданиями.
— Ну, ноют и что? И я ною. Не хотят люди умирать. И просто исчезать в закоулках разума тоже не хотят. Даже те, кто всю жизнь выпрашивает смерть. Люди хотят быть счастливыми. И пока они живы, надежда на счастье остается.
Странный человек задумчиво молчал.
— Я хочу проснуться завтра, — продолжил журналист, — поцеловать жену, погладить по голове ребенка, опять подкачать колесо на машине и поехать, наконец, на работу. И это будет лучший день в моей жизни!
Странный человек улыбнулся и показал на здание.
— Вот она.
Он подошел к стеклянной двери пекарни, приставил руку ко лбу, заглядывая внутрь. Постоял с минуту, изучая помещение.
— Почему медлите? — спросил журналист.
— Закрыто! Представляете, — человек в очках неподдельно удивился. — На учет! Весь день! Бардак!
Он гневно замахал руками, вызвав смех журналиста. На двери и правда висело объявление.
— Это что же? — кривлялся журналист. — Бог создал Землю, создал пекарню, создал плюшки в пекарне и учет в этой же пекарне? Умора!
Он повернул камеру на себя.
— Не поверите, уважаемые зрители. Бог не учел учет! Вот такой каламбур! Похоже, чай ему придется пить пустым.
Молодой человек обернулся, ища глазами бога. Но не нашел его.
— Куда делся? Сбежал?
Он посмотрел по сторонам.
— Увы. Бога нет, — подытожил он.
Но вдруг задумался.
— Единственное, что мне действительно непонятно в этой истории, дорогие друзья, зачем они пекли плюшки, если у них учет?
Конец