Выбрать главу

– Ты знаешь, что это значит, Алекс?

Я обернулась к нему, шокированная тем, что он подошел так близко.

– Да. Я должна что-то сделать! Я должна вытащить его оттуда! Я его не знаю, но он мой отец. Я должна что-то сделать.

Глаза Айдена расширились:

– Нет.

– Нет что?

Он сложил письмо, другой рукой схватил мою. Я впилась пятками в пол.

– Что ты...?

– Не здесь, – тихо приказал он.

Немного смущенная и ошарашенная тем фактом, что Айден касался меня, я позволила ему отвести меня в медицинскую комнату через коридор. Он закрыл за нами дверь, повернув ключ. Странный жар наполнил мою кровь, когда я осознала, что мы были вдвоем в комнате без окон, и Айден только что закрыл дверь. Серьезно, я должна была взять себя в руки, потому что было совсем не время для моих нелепых гормонов. Хорошо, было совсем не время.

Айден посмотрел на меня. Его челюсть напряглась:

– О чем ты думаешь?

– Э... – я шагнула назад. Я ни за что бы в этом не призналась. Потом я поняла, что он был зол. Зол на меня. – Что я сейчас сделала?

Он положил письмо на стол, на котором я однажды сидела.

– Ты не сделаешь ничего сумасшедшего.

Мои глаза сузились, когда я забрала письмо, наконец-то поняв, почему он злится.

– Ты ожидаешь, что я ничего не сделаю? И просто позволю моему отцу гнить в услужении?

– Тебе нужно успокоиться.

– Успокоиться? Тот слуга в Нью Йорке – мой отец. Отец, которого я считала умершим! – Внезапно, я вспомнила Лаадан в библиотеке и как она говорила о моем отце, словно он был все еще жив. Ярость ударила меня в живот. Почему она мне не сказала? Я могла бы поговорить с ним. – Как я могу успокоиться?

– Я... Я могу себе представить, через что ты прошла и о чем ты сейчас думаешь, – он нахмурился. – Что ж, да, я могу представить, о чем ты думаешь. Ты хочешь штурмовать Катскиллс и освободить его. Я знаю, это то, о чем ты думаешь.

Именно об этом я и думала.

Он двинулся ко мне, его глаза превратились в яркое серебро.

– Нет.

Я попятилась, прижав письмо Лаадан к груди.

– Я должна что-то сделать.

– Я знаю, что ты считаешь, что должна, но Алекс, ты не можешь вернуться к Катскиллс.

– Я бы не стала штурмовать его. – я подвинулась вдоль стола, когда он приблизился. – Я что-нибудь придумаю. Возможно, я попаду в неприятности. Телли сказал, что все что мне нужно – это еще одна ошибка и меня отправят в Катскиллс.

Айден уставился на меня.

Стол теперь был между нами.

– Если я смогу попасть туда, я смогу поговорить с ним. Я должна поговорить с ним.

– Абсолютно нет, – прорычал Айден.

Мои мышцы напряглись.

– Ты не сможешь меня останосить.

– Хочешь пари? – он начал двигаться вокруг стола.

Не совсем. Жесткость выражения его лица сказала мне, что он сделает все, что угодно, чтобы остановить меня, и это значило, что я должна убедить его.

– Он мой отец, Айден. Что бы ты сделал, если бы это был Дикон?

Удар ниже пояса, я знаю.

– Даже не смей вмешивать его в это, Алекс. Я не позволю тебе совершить самоубийство. Мне плевать ради кого это. Я не позволю.

Слезы горели у меня в горле.

– Я не могу оставить его в таких условиях. Я не могу.

В его стальном взгляде мелькнула боль.

– Я знаю, но он не стоит твоей жизни.

Мои руки опустились по бокам и я перестала пытаться обойти его.

– Как ты можешь принимать такие решения? – и потом слезы прорвались на свободу. – Как я могу ничего не сделать?

Айден ничего не сказал и положил руки на мои предплечья и притянул меня к себе. Вместо того, чтобы заключить меня в объятия, он попятился к стене и скользнул вниз, утягивая меня за собой. Я примостилась в его руках, сжав в кулак его футболку.

Я сделала судорожный вдох, наполненный болью, которую я не могла отпустить.

– Я устала от того, что все мне лгут. Все лгали о моей маме, и теперь еще это? Я думала, что он мертв. И боги, я хочу чтобы он был мертв, потому что смерть лучше, чем жизнь, которую он вынужден вести.

Мой голос сломался и слезы полились по щекам.

Руки Айдена напряглись вокруг меня, и его ладонь успокаивающе поглаживала меня по спине. Я хотела перестать плакать, потому что это было оскорбительно и безвольно, но я не могла. Я обнаружила, что судьбы моего отца была пугающей. Когда самые жестокие рыдания закончились, я отстранилась и подняла взгляд, полный слез.

Влажные шелковистые волны прилипли к его лбу и вискам. Тусклый свет в комнате подчеркивал его высокие скулы и губы, которые я так давно запомнила. Айден редко улыбался широкой улыбкой, но когда он это делал, у меня перехватывало дыхание. Несколько раз я наслаждалась теплом этой редкой улыбки, в последний раз это было в зоопарке.