[Это ее сын?]
— Нет, это ее Бог, — хмуро ответила Аза. Она по-прежнему враждебно настроена к названному гостю.
Конечно, сын Грай пропал около пятнадцати лет назад, и не может сейчас быть в таком возрасте.
[Ворнок?!! Но он...]
...слишком молод... для Бога?
Аза напряглась. Он заметил их. Черные глаза Ворнока тут же нашли Никиту.
Никита ощутил силу, прошедшую сквозь него, как ударная волна.
Вум!..
Кр-кр-крр...
Перед глазами Никиты затрещал, переливаясь золотистыми молниями, потревоженный Богом защитный барьер Азы.
Никита не спускает глаз с первого Бога, встреченного им с тех пор, как они оказались в деревне. Напряжение Справочника вызывает в нем тревогу.
— Спасибо...
[Что?]
Где ты, Ворнок?
— Я не успел… — ранний гость снова потерял к ним интерес.
Никита с Азой продолжают молча следить за Богом Грай. Ворнок сжал идол своей усопшей последовательницы в кулаке.
Хлоп-хлоп-хлоп!
Он что, превратился в ворону и улетел?
[Аза?]
Аза крепко его сжимает.
Никита вспомнил их первое появление в этом мире, на что способна Справочник, чтобы защитить его. Но сейчас он чувствует, что теперь она способна гораздо на большее — никакому Богу до него не добраться, никогда. Но все же...
[Он пришел к ней, Аза! Он к ней пришел!]
Никита весь продрог и промок, но ему так тепло.
[Он к ней пришел, Аза!]
Он к ней пришел.
(...)
На похороны собрались все. По одну сторону погребального костра вся деревня, по другую — Аза, Никита и Сиов. Совушка обнимает ноги Азы, которая держит на руках Никиту. Костер трещит, бросая в хмурое небо искры, словно желая украсить его звездами. Краем глаза Никита уловил большую темную тень, которая приземлилась на одно из деревьев. Аза тоже его заметила. Он пришел, чтобы в последний раз побыть рядом с ней. Никита чувствует его.
Кра-кра-кра!..
Хлоп-хлоп-хлоп!..
Большой черный ворон сделал несколько кругов над полыхающим костром, а затем скрылся.
Кра-кра-кра!..
Непрекращающиеся крики ворона затихают вдалеке. Никита крепко обнял шею Азы.
[Я люблю тебя, Аза.]
[Я люблю тебя, Сиов.]
Никита плачет, прижавшись головкой к щеке Азы. Почему он плачет? Ведь знает, что это не конец — он сам был на звездной платформе в Перекрестке Судеб. И ба Грай, скорей всего, сейчас уже отправилось дальше. Куда там идут дальше? Но слезы все равно текут из его глаз, а в груди разбухает твердый ком.
— Тише, Бо, тише малыш, — успокаивает его Аза.
Весь месяц шли дожди. Сиов опять перестала говорить. Она все время плачет в комнате Бо, и взгляд ее все время опущен. Аза говорит, чтобы Никита некоторое время ее не трогал, но время от времени он не сдерживается, и обнимает Сиов, только теперь ее ответные объятия слабые и отрешенные.
[Аза, почему ты испугалась Ворнока, когда мы встретили его? Ты говорила, что мы в убежище.]
— Я не его испугалась...
[...]
Он знает о чем она говорит. Она боялась за него.
— Убежище защищает только от намеренного вреда, — объяснила Аза.
[Но если он не хотел мне навредить...]
— Мог это сделать не специально.
[Понятно.]
[...]
[Почему он такой молодой?]
— Не заблуждайся, он один из Древних.
[Хм, и сколько же ему?]
— Несколько тысяч лет.
[Что?.. Что-что? И он всегда так выглядит?]
— Когда ему угодно.
[Он, что, меняет облик? Я тоже так могу?]
— Нет, ты понятия не имеешь, какой ты в другом возрасте.
[Значит сначала мне нужно пройти все этапы?]
— Да.
Когда Аза заснула, Никита еще долго размышлял над этим. Новое знание принесло ему некоторое успокоение. Он будет жить, как обычный человек целую жизнь. Что ж, к этому он готов.
До его слуха донеслись всхлипывания девочки. Она опять плачет в его комнате. Никита сполз с кровати Азы, неуклюже приземлившись на пол.
Плюх.!
(Тссссс…)
Только не разбудить Азу. Ему хочется к Сиов. Он защитит ее от горя.
Шлеп-шлеп-шлеп...
Он смотрит на свернувшуюся в позе эмбриона Сиов из проема двери.
Шлеп-шлеп-шлеп...
Кровать возвышается над ним непреступной горой.
Хнык-хнык-хнык...
— Си...
Блестящие от слез глаза девочки смотрят на него.