— Спи, не дуйся, — Справочник примирительно похлопала его ладошкой по попке.
Шлеп-шлеп...
…Молочко. Оно утекает сквозь его пальцы в черную пропасть потерянного молока, и где-то там, внизу, шумно плещется издевательским изобилием. Оно снится ему все чаще и чаще, преследуя его разум.
Аза оказалась его следующей жертвой. Только на сей раз благодаря более выпуклым, чем то у Сиов, формам Справочника, Никите удалось найти твердый бугорок на ее груди и его язык и губы крепко прильнули к нему сквозь тонкую единорожную ночнушку. Проснувшись от вскрика Азы, он обнаружил, что с жадностью сосет эту пустышку. Его руки мертвой хваткой стиснули маленькую грудь.
— Бо! — реакция в точности такая же, как у Сиов. Испуг, стыд, раскрасневшееся лицо, учащенное дыхание.
Чпок!
Он выпустил грудь, став по цвету точно таким же, как Аза. Единорог в том месте, где только что побывал его голодный рот, совершенно точно всю ночь рыдал. Аза прижала руки к груди, словно была неприкрыта. Судя по ее лицу, сегодня злостный нарушитель дистанции будет спать в ставшей ему уже тесной старой корзинке.
(...)
Бух!
Вечером перед его лицом на стол упали с неба целых две бутылочки молока! Великая Богиня Молока услышала его молитвы? Кстати, а такая существует?.. Но нет, это стоящая за его спиной Аза молча поставила их перед ним. После секундной радости, Никита ощутил себя алкоголиком, которому смирившаяся с его пристрастием уставшая жена тягает после работы бухло. Ему стало немного неудобно.
(Аза, скажи что-нибудь пристыжающее...)
Никита задрал голову и посмотрел на свою опекуншу снизу вверх. Строгий взгляд зеленых глаз свысока смотрит на него.
(Аза...)
Уголок рта Справочника слегка дернулся — все, она не устояла.
Чмок! Чмок! Чмок!..
Не устояла и Сиов, которая следила за этим с другого конца стола. Не так давно вздрагивавшая от каждого его прикосновения, она уже рядом и громко целует Никитину щечку. Теперь все его лицо в слюнях его любимых дам.
Сегодня он впервые после своего невольного ночного «самоприкорма» у Сиов, ночует с совушкой. Девочка обнимает его так же крепко, как и всегда.
14. Боговедение и непреложный закон
— Давай, пробуй, у тебя получится, — Никита стоит в тазике полном теплой воды, и Аза ободряюще смотрит ему в глаза.
После молочного кризиса для него вдруг наступил кризис самообслуживания. Короче, он опять стал слишком большим, только теперь для того, чтобы Аза мыла его.
— Ну... — болеет за него Аза, потрясая в воздухе мотивирующим плакатом с надписью «Большой Бо». На ее раскрытой ладони покоится кусочек мыла.
[Хм… молока принесешь?]
Он решил, что поиметь из этого выгоду будет не лишним.
— А еще чего?
[...]
— Хорошо, — неожиданно легко согласилась Аза, — но скажи это вслух.
Упс. Больное место. Думать о таких вещах, как он это делал, будучи младенцем, было гораздо проще, чем произносить осознанной речью вполне разумного человека... Бога. И Справочник знает это.
Но это же молочко...
— Принесешь молёка? — с раскрасневшимся лицом, Никита исподлобья смотрит на Азу.
— Не сюсюкай, ты умеешь говорить это слово нормально.
[...]
— Молока, — Никита напрягся, правильно выдав вкусное слово.
— Принесу, — свободной рукой Аза легонько пожала его ручку, скрепляя договор. — Держи.
Мыло душистое прямо перед его носом. Так и быть. Никита поднес руку к ладони Азы, но вместо того, чтобы взять мыло, поелозил по нему ладошкой, намыливая. Когда его рука стала скользкой, он принялся тереть ей свой животик.
— Подмышки, — напомнил контроль чистоты маленьких детей.
Словно паралитик, Никита задрал руку и небрежно прошелся ладошкой по указанному месту.
— И там тоже, — взгляд Аза намекнул на то, что было у него ниже пупка. Никита покраснел.
— Стесняешься, что ли? — ухмылка.
Конечно, он стесняется — трогать себя под посторонним наблюдением... Слегка смахивает на извращение.
Взгляд Азы продолжает намекать, при этом не спускаясь на предмет, требующий немедленной санитарной обработки.
Шмяк, шмяк, шмяк...
Закатив глаза к потолку, Никита елозит ручкой там.
[Все?]
— Все.
Аза все же искупала его собственноручно. Потому что действия Никиты вряд ли принесли его тельцу нужный Справочнику эффект. Но похоже для первой тренировки этого было достаточно. Главное, он заработал себе молочка на сегодняшний вечер, пусть и таким постыдным образом.