Сила же Бога зависит от количества верующих и их уровня веры. Да, вера у каждого своя собственная, а не резервная копия всех остальных верующих, поэтому у кого-то она может быть чуть сильнее, а у кого-то чуть или не чуть слабее. Прямо как и в прошлой жизни Никиты. И у кого она более сильная, становятся приближенными Бога, его элитой, с которой Пастырь делится своей силой, наделяя небывалым для смертных могуществом. Представьте мага, у которого есть целых два источника для создания заклинаний — мана и сила бога. А если он скомбинирует эти два ключа? Может произойти что угодно, и очень сильно.
Итак, сила Бога — это чувства. Контроль этими чувствами — мастерство, требующее сотен лет огранки, и на этом вовсе не останавливающее. Богу необходимо уметь быстро придавать нужную ему форму собственным чувствам, иначе, направленные, они могут действовать сами по себе, и обретут что-то совсем уж неподходящее. Если коротко, быть Богом — это вечно бороться с самим собой и слушать себя. В противном случае, не зная того, что хочешь, можно случайно сжечь целый город. Знай, что хочешь — таков девиз Бога.
Никиту этот девиз испугал, он никогда не знал, чего он хочет. Да и вообще все это. Он всегда просто чувствовал, не анализируя ничего. Но Аза успокоила его, сказав, что это не касается его смысла жизни и выбора меню. Знание должно мгновенно формироваться в ситуации, когда Бог применяет силу... Ну, не совсем успокоила.
Чем же отличаются Боги от обычных могущественных смертных магов и воинов? Тем, что у них нет предела силы, как у последних в мане. Бывали случаи, когда Боги сражались между собой сутками, если их Паствы приблизительно равны. Еще божественные заклинания не имеют границ, все что придет Богу в голову, то и произойдет. Розовый электрбол размером с дом? — да пожалуйста! Цунами из огненной воды? — окей... В общем, у Никиты еще не хватало воображения, чтобы представить, что он может...
Самым главным преимуществом Бога перед магом является бессловная волшба и безнадобность зубрить заклинания, чтобы потом еще и правильно произнести их, чем страдают все маги. Без слов им удается сотворить только самые мелкие заклинания, заживить ранку, там, или небольшой ушиб, как это сделала впервые Сиов.
Для себя Никита отметил другое главное преимущество. Это менять свою форму… Бгэ-бгэ-бгэ…
— Пошлые мысли!
Он опять представил что-то не то, совершенно не касающееся могущества Бога, но как-то связанное с девушками и очень большим размером.
[Прости.]
— Вслух, — Аза продолжает свою пытку над его достоинством.
— Плости.
— Прости, — непреклонна Аза.
Ну блин...
— Прости, — вторил Никита.
Затем у Никиты возник другой вопрос — касательно веры. В этом мире вера предстала для него, как некий непеременный ресурс, в то время как в его прошлой жизни вера была колеблющейся и совершенно ему непонятной субстанцией, которая в любой момент могла оборваться. Каким образом здесь она сохраняет свою стабильность?
— Ты уверен, что в твоем прошлом мире она не сохраняет стабильность? — вопросом на вопрос ответила Аза.
Наверное, все-таки, она была права. Если верующих много, то общая шкала веры под рейтингом Всевышнего почти не претерпит изменений при ее утрате несколькими людьми.
И все же, откуда они ее черпают? Вот Никита, будь он одним из смертных, поверил бы в какого-нибудь из сотен блуждающих по миру Богов? Зачем ему все это? Но ответ был прост — так было всегда, так было правильным. Верить здесь — быть нормальным. Тем более есть плюшки в виде крупинок силы Бога, которые достаются его последователям. Такая небольшая капелька может спасти слабого новорожденного от смерти, может поставить на ноги тяжелобольного, или продлить жизнь на десяток лет, даже без непосредственного вмешательства самого Бога. Это происходит само-собой. Вера творит чудеса, и почти каждое разумное существо в Бож ищет ее.
После этих уроков Никита все чаще стал замечать принадлежность селян к тому или иному Богу. Его глаза стали цепляться за амулеты, кольца и браслеты с изображениями различных гербов Богов. Они красовались почти на каждом встречном. У него пока не было собственного идола.
— Дождись, когда один из твоих верующих создаст его, — сказала Аза. — Это происходит не так быстро.