[Веселье! Веселье! Веселье!]
Бессмысленное веселье!
Получив болезненное попадание Сапса, который обычным снежком пробил его защитный барьер, Бо решил отомстить, и создал целую армию ледяных сноуболов.
И нечаянно задел Азу...
— Ну все, тебе конец, мелкий сосуль! — Аза со всех ног бросилась по направлению к Бо.
— Нет-нет-нет! — Бо кинулся к Сапсу, чтобы спрятаться за ним. Но испуганный авантюрист, распознав его намерение, дал деру к своим женам. Предатель.
Руки Азы схватили Бо за плечи, и отдернули назад.
Бух!
Теперь он лежит на спине, и на него уставилось перевернутое раскрасневшееся лицо Справочника.
— Попался!
— Аааа!.. — Аза принялась натирать его щеки снегом. — Маааам! Прости!
— Получай!
— Ну мам!
— Ладно, капитулируй.
— Сдаюсь!
Пытки прекратились.
Чмок!
Теплый поцелуй Азы на его лбу. Бо протянул руки и прижал голову Справочника к своей груди.
— Люблю тебя, мам.
— Сегодня никакого молока, — голос прислоненного к его телу Справочника приятно вибрирует по нему.
— А я тебя все равно люблю.
— Знаю, Бо. Я тебя тоже.
Чмок...
Теперь его рот обслюнявил щеку Справочника. Аза подняла Бо с земли и отряхнула его одежду от снега.
— Не замерз?
— Неа, — Бо даже было жарко. Он расстегнул верхнюю пуговицу пальто и оглянулся в поисках Сиов.
Девушка стояла на коленях, вознеся сияющие магией Созидания руки над бесформенным комом снега. Она пыталась создать снеговика.
— Пойду помогу, — Аза проследила за его взглядом.
Бо и сам бы с радостью помог совушке, но в последний раз, когда попытался, нечаянно задел творчество девушки локтем и почти готовое изделие развалилось. Хоть Сиов и хорошо скрывала свои чувства, но она явно очень расстроилась. Бо не хочет повторения происшествия.
— Хорошо, — кивнул он.
Он сел на лавочку.
Наблюдая, как Эни с Нэни целуют мужа; как авантюрист неуклюже чмокает своих малышек; и как у Сиов под руководством Азы начинает выходить что-то красивое... ему хочется улыбаться вечно.
Наверное, он счастлив.
Бо тщательно вглядывается в лица присутствующих, пытаюсь впечатать эмоции каждого в свою память. Это его последняя зима в Молочном ручье, и он хочет запомнить каждое ее мгновение.
— Фух, — Сапс плюхнулся рядом с Бо. — Эти жены...
Он явно что-то хотел сказать, но передумал и просто широко улыбнулся.
— Угум.
— Хорошая погода, — авантюрист прищурил глаза от яркого солнечного света, усиленного отражающим его снежным покровом.
— Хорошая, да...
— Спасибо, — Сапс смотрит куда-то в сторону.
— ...
Бо проследил за взглядом Сапса, который застыл на Эни и Нэни, на руках которых разогукались два колобка, закутанных в сотни слоев одежек. Понятно... Вместо ответа, он просто упал головой на плечо Сапса.
— Эй, я как бы не настолько благодарен! — Сапс попытался отодвинуться от него. Бо совсем и забыл, что авантюрист единственный, кто относится к нему не как к ребенку, а как к равному. Хм, неужели у него возникло предположение... Он что, только что назвал его геем? Как бы там ни было, это точно не так. И смотря на Сиов, он в этом уверен. А Сапс по-прежнему дурень.
— Я ребенок, мне можно, — сказал Бо.
— А, ну да, точно... Тогда ладно.
Через некоторое время Аза позвала всех на чай.
— И все-таки, я тебе благодарен, — сказал Сапс перед тем, как встать и отправиться в дом следом за остальными.
Все же, не такой он и недалекий, подумал Бо. Сапсу стало достаточно только его слов, чтобы перебороть себя и принять изменения в жизни. А Бо для этого понадобилось одна, хоть и не целая, но жизнь. И еще немного.
Недалеким тут является он сам. Бо последовал примеру Сапса и побежал его догонять.
(...)
Пришло время, когда снеговик Сиов и Азы стал понемногу таять. День всехрождения был уже буквально на носу. Еще немного и снова зацветут цветы, а коровы будут готовы к новым прогулкам по зеленым пастбищам. Потом наступят Дни рождения Бони и Наб, которые станут сигналом к отъезду в столицу. Бо очень этого ждет, но одновременно ему жаль покидать родную деревню. Он уже слишком привык к Арн, ба Ните, Салне и другим, чтобы можно было вот так просто оставить их. Вместе со всем этим, он так же прекрасно понимает, что не сделать этого не получится. Даже если не учитывать все связанное с алтарем и проблемами Бога-одиночки, ему самому однажды наскучит быть отрезанным от огромного интересного мира. У него просто нет права не взглянуть на него своими собственными глазами. В прошлой жизни он так ни разу и не выбрался из своего города. Даже хуже того, не видел большую его часть. Теперь это нужно исправить.