Ярл не знал, зачем Энфирия решила вновь начать войну. Простой грабеж он еще с огромным скрипом и солидной контрибуцией мог простить. Но светлые вырезали всех. Солдат, их жен и детей, стариков… Такое Тогрил последователям божественной суки простить уже не мог.
Ярл был лучшего мнения об Армидале. Прошлая война доказала, что верхушник достоин своего трона. Но время меняет разумных. Переменчивых людей — в особенности. Если король светлых заигрался, то ярл поставит его на место.
И возьмет героев живыми. Как доказательство их никчемности.
Королевский отряд уже который час шел по узкому ущелью в глубине северных гор. Выступающие скалы нависали над колонной, закрывая свет солнца. Казалось, еще чуть-чуть, и каменная глотка сомкнется, раздавит мелких людишек.
Ваше величество, крепость уже на горизонте, — один из бойцов поравнял своего коня с королевским. — Через пару часов прибудем.
Армидал рассеяно кивнул. Глава Тайной канцелярии сильно осерчал на господина, не пожелавшего брать бойцов больше необходимого. От героев король тоже отказался. Он уже успел понять, что посланники богини являются глазами, ушами и руками Церкви. И видеть их не желал.
Церковникам пришлось подавиться — с гномами войны нет. А герои сродни требушетам. Кто будет брать тяжелые осадные орудия на простые переговоры?
Последний раз Армидал видел гномью крепость еще тринадцать лет назад, во времена войны. Ощетинившаяся множеством орудий, окутанная белым дымом, покрытая огромными листами стали. Светлым тогда даже подобраться не удалось. Конницу накрыл свинцовый дождь. Крохотные горошинки прошивали броню как масло, а огромные ядра разрывали всадников на куски вместе с конями.
Несмотря на столь нерадушный прием, у короля в голове тогда поселилась мысль: «Что же внутри этой железной скорлупы?»
Раньше это оставалось лишь мыслями. Но теперь кто знает, вдруг гномы, желая произвести на короля впечатление, решат показать ему чуть больше?
Вон уже виднеются стены форта. Металлические пластины, ров, приземистые башенки с торчащими жерлами оружий… Бородатых коротышки на стенах, словно в подражание крепости, закованные в листы стали и сжимающие в руках железные палки. И жерла, и палки были направлены вниз.
Направлены на его, Армидала, отряд.
— Ваше величество, тут что-то не так! — крикнул один из бойцов. — Нужно отступить!
Король промолчал. Единственный путь к отступлению, откуда они и пришли, уже перекрывал другой отряд коротышек. Откуда они вылезли, король так и не понял.
Секунда-другая, и вот на них с обеих сторон смотрят дула гномьих приблуд.
— Это ловушка! — вынул меч командир. — Защитить короля любой ценой!
Армидал молча оглядывался по сторонам. На крепость. На гномов за спиной. Он ведь воевал с ними. Сам еще поражался помешанности этой расы на чести. Гномы жестоко мстили за подлость. И сами никогда не позволяли себе предательства и ударов в спину. Лишь это тогда позволило королю свести войну с гномами в ничью.
И тут такое.
Нет злости. Нет грусти. Нет отчаяния. Армидала окутывало лишь разочарование.
А он, наивный, думал, что ему больше нечего терять.
Глупец!
Глава 18
…Или просто забрать сестру?
Можно попробовать, но… Королева же. Этот её комплекс справедливости. «Бедные демонята и орчата, ну как их одних бросить…» Эх… Проще Айрис уговорить.
Вот только хвостатую уговорить ненамного проще: из девушки благородство так и прет. Рыцарь, мать её… И своих людей она бросать откажется наотрез.
А ведь на Айрис завязаны все остальные. Иль везде идет за своей подругой. Служанки тут для защиты принцессы. Даже Кента остался с армией больше из-за чувства долга. До сих пор видно, что парень сомневается.
Или может…
— Леонид, помощь нужна!
Раздумья прервал крик. К хмуро разглядывающему землю перед собой Леониду подбежала Иль.
— Нападение? Тревоги не было, — глянул на нее парень.
— А? Да нет, — помотала головой жрица. — Все хорошо. Просто… Ну…
Леонид терпеливо смотрел на эльфийку. Два дня прошло с последнего обсуждения. И все это время парень избегал разговоров. Разве что с Бао парой словечек перебрасывался. Не намеренно, но… Неприятно смотреть на тех, кого, возможно, придется бросить…
— Айрис уже полдня не выходит из комнаты, — наконец вздохнула Иль. — Я пыталась ее звать, но она никого не пускает. Говорит, что занята.